из-за… того, что чье-то поведение мне не понравилось! К тому же вы сами, ваше высочество, — на этот раз вспомнила, что с Гарондом то они не переходили на «ты». Это только он почему-то счел возможным называть ее на «ты» и «Микаэлой». — Сами говорили, что Исполнителю не под силу повернуть судьбу целого мира! Или что это требует многих сотен лет…

А в груди поселился нехороший холодок. Ну а вдруг! Вдруг она, сама того не желая и не зная, вызвала проблемы у целого мира. Вдруг ее дар настолько ужасен…

— Верно, — вкрадчиво ответил Гаронд. — Правда, я уже не знаю, чего от тебя ожидать. Вдруг нам попался Исполнитель необыкновенной силы, — озвучил ее собственные опасения. — Впрочем, я вижу лишь то, что ты не лжешь. Остальное недоказуемо.

И тут Мику накрыло новой волной возмущения.

— Знаете, ваше высочество, несправедливо ответственность за проблемы целого мира возлагать на одну девушку, которая и о каком-то-там-даре узнала всего час назад!

— Согласен, несправедливо, — неожиданно просто согласился Гаронд. — Будем считать, что это просто совпадение — твое попадание в наш мир и это странное похолодание. И тем не менее…

— …Мы должны установить, с чем это связано, — закончил за него Пайрин. — Не проснулась ли вновь Вечная зима. И, думаю, следует связаться с отцом. Он должен знать.

Уфф, выдохнула Мика и уткнулась носом в не до конца заполненный формуляр. Кажется, Гаронд полностью переключил внимание на брата и решение мировых проблем.

— С ним невозможно связаться. Очень далеко, — ответил младшему Гаронд. — Ты ведь знаешь, если он уехал — то уехал. Теперь, пока сам не вернется, мы его не достанем. Возможно, следует слетать в Армарию, проверить, есть ли следы Вечной зимы. Эту энергетику мы ни с чем не спутаем! А потом, если потребуется — осмотреть точки выхода. Вдвоем, разумеется, и только если потребуется.

— Тогда уж лететь в Армарию мне — у тебя отбор, — ответил Пайрин.

— Ты прав. У меня отбор, — Гаронд задумчиво опустил взгляд. Он упал на формуляр, в котором Мика, прикинувшись ветошью, дописывала последние строчки. Разумеется, взгляд принца на формуляр не был совсем уж невидящим… — Не слишком корректно, Микаэла, заполнять официальный документ на языке, который в этом мире знаешь лишь ты. Однако это весьма остроумно. Я оценил. Вот здесь нужно поставить подпись, и вот тут тоже… — он словно бы машинально потыкал пальцем в несколько строчек на бумажке.

«И после этого ему не нравится, что я обозвала его крючкотвором?!» — подумала Мика. И размашисто подписалась в указанных местах.

— Так вот, Пайрин, я буду очень признателен, если ты слетаешь в Армарию, — продолжил Гаронд.

«Проклятье, — подумала Мика. — Злой принц остается, а добрый — улетает».

За прошедшие часы она даже начала привыкать, что Пайрин постоянно ее поддерживает. И теперь казалось, что она остается без защиты.

— Хорошо, — Пайрин деловито кивнул и… направился к выходу. — Микаэла, желаю успехов на завтрашнем конкурсе. Боюсь, я не успею вернуться до него.

— А ты, Микаэла, давай сюда формуляр, — Гаронд забрал из ее рук бумагу. — Возьми книгу… Хм, интересный выбор дополнительной литературы. Не думал, что ты увлекаешься детективными сюжетами… И прошу — на этот раз тебя провожу я, — и в очередной раз усмехнулся.

Глаза его как-то нехорошо сверкнули.

«Меня что, ждет сцена ревности?» — в панике подумала Мика, а вслух саркастически и очень тихо пробубнила:

— Необыкновенная щедрость, просто мечтала о твоем обществе!

Просто не удержалась.

— Ты что-то сказала, Микаэла? — поднял бровь принц.

— Сказала, ваше высочество, что вам не стоит утруждать себя. Я прекрасно найду дорогу. А у вас столько дел… — вслух сказала Мика.

Она и сама не понимала, чего в ней сейчас больше — страха перед «разборками» с принцем или раздражения.

— О моих делах ты ничего не знаешь, — ответил принц с кривой усмешкой. — А в том, что ты найдешь дорогу, я не уверен. Библиотека находится совсем в другом крыле. Придется потерпеть мое общество. Прошу, — и открыл дверь библиотеки.

И тут чувства Мики стали совершенно определенными.

Она просто больше не могла… Пока рядом был Пайрин, как-то можно было жить и двигаться дальше. А сейчас ей показалось, что все новости и потрясения последних дней навалились одним махом. Просто упали ей на спину и давят к земле.

И, кстати… она ведь даже толком ни разу не поплакала после попадания в этот мир. И истерик не устраивала, хоть порой очень хотелось.

— Ваше высочество! Гаронд! — просто вырвалось из нее. — Ну зачем я вам?! Отпустите меня, пожалуйста! Я такая опасная, подумаю что-то не то — и все… целый мир может пострадать!

На мгновение показалось, что проклятые слезы прямо сейчас и хлынут из глаз. Голос дрожал. Лишь неимоверным усилием воли ей удалось сдержаться. Вряд ли язык женской истерики подходит для переговоров с Гарондом…

Вот с Осиром бы подошел даже он, вдруг подумалось Мике. Осир вообще как-то сразу принял ее как есть. Ее и всю ее ситуацию. Он бы обнял ее плачущую, прижал к широкой груди, гладил бы по голове. А потом… потом он бы ее поцеловал, и должно быть это было бы так сладко, так… правильно. Как бывает, лишь когда ты встретила своего мужчину.

Но Осиру она не нужна… Он выкинул ее на этот отбор. Или… нет?! Обещал ведь вернуться!

«Осир, миленький, пожалуйста, вернись!» — закричала она мысленно.

Но Осира тут не было. Только суровый принц Гаронд.

Который странно посмотрел на нее. И с напряжением сказал:

— Та-а-к!

И закрыл дверь в библиотеку. Мике подумалось, что она дура. Промолчи она — и, может, Гаронд просто проводил бы ее, и все. А теперь она заперта в клетке с этим «зверем».

Сложил руки на груди и посмотрел на Мику сверху вниз. Она невольно сжалась, потому что ничего хорошего не ждала.

— Во-первых, успокойся уже насчет моих слов, — неожиданно спокойно, почти мягко, произнес Гаронд. Мика просто замерла от удивления, услышав такой необычный тон. — Я вовсе не думаю, что ты пожелала миру Вечной зимы. Или что ты вообще на это способна. Или что наши проблемы как-то связаны с тобой.

— Но почему тогда вы… — начала Мика, изумленно уставившись на него.

— Почему