Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Я только сейчас, в свете рассказа Жу, задумался о небесной магии и ее служителях. Может, все же, доля правды в ее словах и есть? Нужно беречь силу. Тогда почему служителей так мало? Откуда они, вообще, берутся?
Этот вопрос так захватил меня, что я нашел взглядом одного из младших служителей и подошел к нему.
— У вас есть несколько минут? Я бы хотел поговорить о вашей силе, — вежливо спросил я.
Но молодой человек будто не слышал меня, с опаской косясь в ближайшее окно.
— У вас все в порядке? — снова спросил я, но уже чуть громче.
От неожиданности парень подпрыгнул.
— Все нормально! — шепотом произнес он. — У нас ничего не случилось. Ждите! Ждите!
Сказал и тут же умчался за угол, что пятки сверкали.
— Не понял.
У них там определенно что-то случилось. Я прошелся до заднего дворика и увидел еще двух служителей. Между ними шло бурное обсуждение.
— Иван Николаевич, да не тряситесь вы так, твою ж налево! — шипел тот, что был с бородой и круглым животом. — Не сработало один раз, сработает во второй.
— Яков Семенович! Вы не понимаете! Я ее не чувствую! — его худой собеседник схватился за голову.
— Потому что ее нет? — мрачно спросил Иван Николаевич, чем только усугубил истерику Якова Семеновича. — Успокойся уже, чтоб небеса тебя подрали. Мы что-нибудь придумаем. Ты уже спрашивал совета у старейшины?
— Он ничего не сказал. Только брови свои лохматые хмурил и произнес: пророчество сбылось.
На этом моменте мне стало совсем интересно, и я аккуратно откашлялся, привлекая внимание.
— Добрый день, меня зовут Алексей Соколов, я архимаг. Могу ли я вам чем-то помочь?
Оба служителя круто развернулись, испуганно на меня посмотрев, но никто из них не решался мне ответить. Они только смотрели друг на друга и чуть ли не разводили руками.
— Послушайте, — продолжил я, — там на площади огромная толпа народа, до начала праздника еще час. За это время что-то можно исправить.
— Вы нам не поможете! — худой в очередной раз схватился за голову. — Никак! Никто не поможет! Все пропало!
— Умолкни же ты, наконец, дубина. И без тебя тошно! — зло осадил его Иван Николаевич и повернулся ко мне. — Добрый день, Алексей, боюсь, вынужден согласиться с моим коллегой, помощь стихийника нам не нужна. Небесной силы же у вас нет?
«Пока нет», — подумал я, но прикусил язык.
— Так получается, у вас магия пропала? — в голове быстро сложилась картинка.
— Откуда вы⁈ — на Якова Семеновича было больно смотреть. — Все пропало!
— Умолкни, болезный, едрена кочерыжка. Достал уже своими воплями! — Ивана Николаевича так просто было не пронять такой ерундой, как пропажа силы. — Да, у нас есть некоторые трудности. Почему-то небо перестало отзываться на наши молитвы.
Ему было неприятно это говорить.
— Однако, — продолжил он, — как я уже сказал, стихийник нам не поможет.
— Понимаю, а как вы, вообще, получаете эту силу? — неожиданно подвернулся случай узнать об этой магии больше.
— Любопытство — это хорошо, но сейчас, небеса их за ногу, не время, — хмуро процедил Иван Николаевич.
— Но я настаиваю, — твердо ответил я, хотя еще не до конца понимал, зачем мне сейчас эта информация.
Вдруг возле ног мелькнула черная тень. Жу решила тоже поучаствовать в разговоре.
— Святые небеса! — воскликнули одновременно оба служителя. — Демон!
— Саум тыу демоун, — Жу забралась по моим брюкам, прыгнула на сгиб локтя и перебралась на плечо.
— Это не демон, я подтверждаю, — добавил я. — Рекомендую прислушаться к ее словам.
— У ваус разве неут накоупителей?
— Есть, штук десять, — задумчиво ответил Яков Семенович, мигом успокоившись, — я дней десять назад заряжал их.
— На оудин раз должноу хваутить.
— У старшего жреца еще было два, — вспомнил Иван Николаевич. — Спасибо! Мы так и сделаем.
— Подождите, а потом? — худой, не отрываясь, смотрел на говорящую кошку. — Потом что?
— Сууп с коутом, — фыркнула Жу. — Нужноу подождау, покау они сновау не заряудятся.
— А если не зарядятся? — Иван Николаевич помрачнел.
— Заукрывайте собоур, — ответила Жу. — Вашау маугия ослаблау.
— А что за пророчество вы упомянули? — я посмотрел на Якова Семеновича.
— Старая байка, — пожал плечами он. — Говорят, что придет время и вся магия закончится. Раз — и все. Сказки! Как она может закончиться?
— Дубина, — изрек Иван Николаевич. — А сейчас, по-твоему, что происходит⁈
— А можно чуть подробнее? — не унимался я.
— Зачем вам эти бредни, господин архимаг? — он дернул себя за бороду. — Это пророчество отнесли к разряду непроверенных и невозможных.
— И все же? — мне казалось, что это очень важно.
— А, хрен с вами, — махнул он рукой, — слушайте. Изначальный текст, конечно, не сохранился, но по обрывкам можно понять, что якобы магия не бесконечна. Придет время, и она закончится. Мы нашли одно любопытное уточнение, что только тот, что владеет всем, сможет это предотвратить. Но чем «всем», мы так и не поняли. Всей силой мира? Это же даже рядом невозможно.
— Всеуми тремяу силами, — сказала Жу, защекотав мне хвостом нос. — Тремяу.
— Постойте, — Яков Семенович удивленно повернулся к кошке. — Какими тремя? Есть же только две!
— Покажау им, — велела Жу.
Я вздохнул и создал на ладони огненный шарик, сплетя его целиком из призрачной силы.
Служители побледнели, а потом одновременно посмотрели на меня с надеждой.
— Это же вы? Вы владеете всеми силами⁈ Вы нам поможете⁈
Жу тихо усмехнулась. Вот же зараза! Она знала, знала! И Ли знал, поэтому и послал нас в то подземелье. Хитрые засранцы! Оба!
— Нет, — покачал я головой, — у меня нет трех…
— Помоужет. Ноу не сейчаус, — Жу оборвала меня, ударив лапой. — Череуз год. А покау спраувляйтесь сауми. Идите!
— Я прошу вас не распространяться об этом, — жестко сказал я. — Об этом никто из стихийников не должен значить. Разошлите письма, чтобы никто не трогал накопители без лишней нужды. И крепитесь. Год будет непростым.
— Но вы поможете, да? — Яков Семенович пылал надеждой. — Ладно, пусть не сейчас, через год, но все же?
Я хотел кивнуть, но не мог. Потому что не представлял, как это взять небесную силу, если ее почти не осталось. Как?
— Мне нужно знать о вашей силе все. Любые мелочи, техники, способы получения, нюансы служения.
— Мы вам все расскажем. Сразу после праздника. А теперь, простите нас, — Иван Николаевич потянул за рукав худого. — Найдите меня позже.
Когда мы остались одни, я бесцеремонно снял с плеча кошку и посадил ее