Прогремел гром.

Люстра треснула, золото и кристаллы посыпались на пол. Юсеф рывком заставил их сесть и накрыл руками их головы, когда наверху раздался оглушительный грохот. Сердце Кидан ударилось о бетон, пронзительный визг заглушил все прочие звуки.

Воздух наполнился пылью, и ей хотелось кричать или звать их по имени, но горло сдавил ужас.

Юсеф поднял Кидан и Слен. Их волосы и плечи покрылись кусками штукатурки, на лицах виднелись царапины.

Он что-то им кричал, но Кидан ничего не слышала. Ее ноги слишком дрожали, чтобы идти.

Вокруг было слишком много звона.

Все звенело.

– Это только первый! – крик Юсефа пронзил шумовой пузырь. – Нужно выбираться!

Юсеф отчаянно указал на окна. Безопасность.

Кидан заставила себя двигаться, сосредоточиться на солнечном свете, а не на кошмаре вокруг. Они побежали, спотыкаясь об упавшие куски крыши.

Что-то задержало Слен, и она отстала. Споткнулась об отломанную конечность статуи и подвернула лодыжку.

Они снова почувствовали вибрацию.

Приближался второй взрыв.

– Слен! – крикнула Кидан, наконец обретя голос. – Вставай!

По лбу Слен текла кровь. Ее зрачки расширились от паники – в них промелькнула смерть. Она попыталась встать и снова упала. Кидан бросилась назад, но ее опередил Юсеф – он оттолкнул Слен ровно в тот момент, когда второй взрыв лишил их равновесия, швырнув на бетон.

Бах.

Кидан ударилась спиной об пол, закрыв голову руками. Все закружилось, вокруг была только пыль. Кто-то кричал ее имя, умоляя о помощи. Она заставила себя сфокусировать зрение, пытаясь уловить источник звука.

Слен склонилась над какой-то фигурой.

И она кричала.

Тело Юсефа оказалось прижато чудовищной колонной.

Раздавлено.

Кидан издала невнятный звук.

Весь мир потемнел – перед глазами остался только Юсеф. Крик Слен заставил Кидан встать на ноги, пересечь усеянный обломками пол и подойти к ним. Изо рта Юсефа текла кровь, теплые карие глаза смотрели вверх. Он пытался что-то сказать.

– С тобой все будет хорошо. Все будет хорошо.

Кидан не узнавала собственный дрожащий голос, но твердила эти слова.

Они со Слен попытались сдвинуть белую колонну с тела Юсефа. Огромная, словно гора, она буквально приросла к месту.

– Проклятье! – закричала Кидан изо всех сил, надеясь, что кто-нибудь услышит. – Помогите!

Слен сползла по резному камню, тяжело дыша. На ее лице появилось ужасное осознание. Хромая, она подошла к Юсефу и опустилась на колени у его головы.

– Слен! – рявкнула Кидан. – Помоги мне!

Но Слен будто оцепенела.

– Это должно было просто всех отвлечь, – голос Юсефа ослаб, с мягких кудрей на лоб струилась кровь. – Чтобы они смогли освободить его. Моего папу.

Слен обхватила руками его лицо. На этот раз ее голос был полон эмоций, и в нем слышалась только боль.

– Что ты наделал?

– «Землекопы» предложили мне сделку.

Укоризненный взгляд Слен пронзил Кидан насквозь. Полный слез, кипящий от боли.

– Нет… – покачала головой Кидан. – Я не знала.

– Знаю, – слабо улыбнулся Юсеф. – Я хотел сделать все сам. В кои-то веки. Мой папа освободится во время этого хаоса. Мне нужно было просто устроить большой переполох в Укслее и отвлечь сиционов. Но взрыв планировался после моего ухода. Вас здесь быть не должно. И… меня тоже.

Голос Кидан исказился от ужаса.

– Почему ты нам не сказал?

– Говорю же… Я устал быть обузой. Хотел справиться сам, не подвергая вас риску. Похоже, я провалил эту часть.

Он закашлялся, и по его подбородку хлынула черная кровь.

Лицо Слен задрожало, она вытерла кровь с подбородка.

– Ты полный идиот.

– Я хотел освободить и тебя. Его больше нет, Слен. Он больше никогда тебя не тронет. Корила убьют во время бунта. Я договорился. – Юсеф схватил руку Слен и прижал к своей щеке. – Мне следовало сделать это еще тогда. Когда он впервые причинил тебе боль, и я нашел тебя.

По расцарапанным щекам Слен потекли безмолвные слезы.

– Хватит.

Кидан впилась ногтями в ладони и снова встала. Она раз за разом толкала колонну, крича от горя и боли, когда та чуть-чуть сдвигалась и возвращалась на место.

– Давай, Слен, – крикнула она и напрягла все мышцы до самого основания позвоночника. – Мы должны ее сдвинуть!

Слен осталась на месте.

– Мы не сможем.

– Слен!

Вокруг рушился зал Андромеды. Картины углем летали, словно вороньи перья. Юсеф больше не мог удерживать улыбку. Его дыхание стало поверхностным.

– Проклятье! – Кидан кричала, пока не заболело горло. Она попыталась снова найти окно, но оно померкло. Его перекрыла рухнувшая колонна. Она откашлялась в руку, пытаясь стряхнуть пыль с языка.

Юсеф потянулся и погладил Слен по щеке слабеющей рукой.

– Я хотел похоронить здесь свои чувства к тебе. Освободить нас обоих. Глупо, да? Будто от тебя так легко избавиться.

Слен оцепенела, влажные глаза обрамляла темная полоска ресниц.

Юсеф снова закашлялся, по его лицу прокатилась волна боли.

– Скажи, что все будет хорошо, Слен. Даже если ты солжешь, я поверю.

Кидан почти ничего не видела за пеленой слез. Но очертания головы Слен низко наклонились – она поцеловала Юсефа в лоб, и ее слова прозвучали мягче, чем когда-либо.

– Все будет в порядке. У тебя все будет хорошо, Юсеф. Дранаики исцелят тебя, и ты увидишься с отцом. Он освободится, и вы поселитесь далеко отсюда. Ты отправишься в Семейнские горы и будешь кричать с вершины мира. Будешь путешествовать и рисовать, и будешь счастлив, потому что ты заслуживаешь счастья.

Взгляд Юсефа потускнел, карие глаза похолодели, но он успел попросить:

– Еще одна ложь.

Слен отвернулась, ее губы дрожали, темные глаза покраснели. Казалось, она искала в себе силы и не сразу смогла посмотреть на Юсефа вновь.

Она шмыгнула носом.

– Когда-нибудь я полюблю тебя так же, как ты любишь меня, и пожалею, что не сказала тебе об этом.

Юсеф облегченно вздохнул, и этот вздох стал последним.

Его губы по-прежнему были изогнуты в попытке улыбнуться. Слен подавила крик, но второй удержать не смогла, и он вырвался наружу. Кидан почувствовала, как в ней что-то угасло. Стены опять задрожали. Неотступно, не оставляя им ни секунды на раздумья. Слен и Кидан бросились на тело Юсефа, их взгляды встретились.

Вот как мы умрем.

Внутри Кидан зародился крик, но выпустить его было некуда. Раздался третий удар, и все ее тело задрожало, как колокол, но она держалась за друзей. Даже сквозь звон и ужас Кидан не отпускала. Рука Слен сжала ее в ответ. Когда все утихло, пыль медленно рассеялась и воздух пронзил луч солнечного света.

Он опустился на угасающие глаза Юсефа.

Солнечный свет…

Одно из окон снова доступно.

– Беги! – закричала Слен. Ее лицо было покрыто пеплом.

Кидан вскочила на ноги. Разрывая ладони об острые каменные обломки,