Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Она держала себя любезно и с достоинством, улыбалась, разговаривала, быстро выучила, кто есть кто среди встречающих, и уже разузнала, у кого какие семьи и дети, и справлялась обо всех. Максимилиан шепнул, что это он настоял на том, чтобы в обучение принцессы были включены и знания о Франкии и о том, кто в ней проживает потому что лишним не будет, может и пригодиться. И это время наступило.
Принцесса должна была прибыть во Франкию не порталом, но по земле, и по дороге показаться всем, остановиться во всех возможных крупных городах и продемонстрировать собой изменения, происходящие во Франкии. Множественная охрана, обычная и магическая, сеть охранных заклинаний – за это отвечали Дени и Гийом Вьевилль.
Уговаривались о том, что император встретит невесту на въезде в Паризию, но он не утерпел, и прибыл стремительно и неожиданно, как было у него в обычае, стоило только кортежу принцессы пересечь границу Франкии. Он, как у него водилось, представился сам, сел в карету невесты и дальше уже завладел всем её вниманием. Впрочем, это только лишь означало, что охранять нужно их обоих.
И дальше всё шло, как было задумано – прибытие в Паризию, размещение, представление принцессе двора – уже набраны придворные дамы, и из магических фамилий, и из простецов, потому что императрице Франкии должны служить и одни, и другие.
И в назначенный час случилась свадьба, а далее – коронационные торжества, присяга новой императрице, предполагалось множество балов и иных развлечений, и Дени полагал, что будет неплохо привезти Дезире в столицу и представить новой императрице. Новая герцогиня Саваж, новая императрица – уж наверное, они найдут общий язык?
Но когда он накануне всех церемоний побывал в Саваже, то Дезире вздохнула, сослалась на нездоровье и попросилась прибыть в столицу немногим позже, после завершения всех торжеств. И впрямь, выглядела она несколько болезненно, но целитель господин Круи заверил, что в целом всё в порядке. Значит, оставалось только вернуться в столицу самому.
Известие из Саважа настигло в финале коронационных торжеств, на очередном бесконечном балу. И вызывал Дени как раз господин Круи, не Дезире, не Аделин и не ещё кто-нибудь из тамошних обитателей.
- Господин Дени, вам непременно нужно прибыть. У нас тут неладно.
Предчувствие беды, заснувшее было в последние годы, пробудилось и завопило. Предупредить о том, что он никак не сможет остаться далее, и пускай всё то, что он ещё должен был сделать и станцевать, сделают и станцуют другие. И – в Саваж, не заходя домой.
- Понимаете, Дени, всё случилось так быстро, что мы не смогли ничего, даже госпожа графиня де ла Мотт не смогла ничего. Срок был совсем маленький, она просила никому не говорить, и вот…
Он совершенно не понимал, о чём они все говорят, причём тут графиня де ла Мотт, почему горькими слезами плачет Аделин, по какому поводу появилась Жанетта и что вообще происходит. Какой ребёнок, какие сложности? У него мог быть ребёнок? От Дезире? А теперь нет ни её, ни ребёнка? Да как так-то?
- Жанетта, почему? – спрашивал он без конца, он уже устал слушать о господней воле и прочем подобном. – Почему кто-то живёт жизнь с родными, супругами и детьми, а у нас всё вот так?
- Если бы я только знала, Дени, - вздохнула она. – Если бы я только знала. Возможно, я сама бы тогда жила иначе, и все мы, но – увы, знать нам не дано. Но я с тобой, мы все с тобой, все, кто только остался. И наверное, хорошо, что наша принцесса теперь императрица. Жизнь идёт, и это правильно.
Жизнь идёт, всё так. Но… всё равно, почему?
6. Один глупец
Май 1810
Изабель сочувствовала Жозефине.
Пока та была в силе и славе – посмеивалась про себя, нередко ощущала своё превосходство, считала Жозефину глупой, неосмотрительной, и в целом не слишком подходящей для статуса первой дамы Франкии.
Но как только она перестала быть таковой, и первой дамой Франкии стала совсем другая, чувства Изабель к Жозефине переменились совершенно. О нет, старшая императрица не стала бережливее или осмотрительнее в знакомствах. Нисколько. Её двор в Мальмезоне по-прежнему привлекал и военных, и чиновников, и бездельников, она по-прежнему тратила деньги со страшной скоростью, она придумывала моды и выращивала розы. Ей даже разыскали человека, который до революции служил одним из младших садовников в Лимее, и он рассказывал ей что-то о тонкостях разведения тех самых роз. С императором она сохранила дружеские отношения, и в итоге он тоже то и дело заезжал к ней – поговорить, преимущественно поговорить, Жозефина отлично умела его слушать.
И знала его, как облупленного, конечно же. Наверное, помнила, каким он был в момент их знакомства.
Изабель посмеивалась про себя – помнит ли Анатоль, какой она была в момент их знакомства? Да наверное, помнит. И человек, знающий о тебе что-то подобное, бесценен, особенно с годами, когда окружающие главным образом кланяются и почтительно слушают. Слушают хоть императрицу Жозефину, хоть маркизу де Риньи. Новый титул никак не желал прилипать ни к Изабель, ни к Анатолю, для всех они оставались именно де Риньи. Профессор де Риньи, декан факультета некромантии Академии Паризии. И одна из первых дам двора императрицы Жозефины.
О нет, Изабель очень быстро пригласили в число придворных дам новой императрицы, принцесса Мари-Луиз ещё до Паризии не доехала, а Изабель уже пригласили. Конечно же, Изабель явилась представиться, как же иначе? Но очень попросила оставить её там, где она есть сейчас. Попросила непосредственно у императора.
Тот лично хотел заполучить её для новой супруги – конечно, некромант за спиной нужен всем, она понимала. Пообещала найти и обучить деву-некроманта, как только, так сразу. Мадди ещё совсем мала, а как вырастет – там будет видно. Пока же… поищем.
- Ваше императорское величество, прошу оставить меня там, где я сейчас есть. Императрице Жозефине необходима не только охрана, но и поддержка, мы знакомы с её величеством уже давно, её величество доверяет мне. Но я обещаю вам представить несколько дам-магов, подготовленных, знающих своё дело, они с радостью возьмутся обеспечивать безопасность её величества Мари-Луиз.
Изабель почтительно поклонилась – не глядя на императора, не нужно глядеть на императоров взглядом некроманта, а другого у неё сейчас
