она ранит саму себя. Спасая Минь Юньчжуна, он защитил и ее.

Бессмертный отвел взгляд и сказал через мгновение:

– Я заберу тебя.

Эти слова ошеломили всех присутствующих. Вели-чественный глава Союза Бессмертных, всегда беспристрастный почтенный Чунхуа действительно сказал такое? Ради ученицы? Почему он отчаянно защищает ее? Это было поистине невероятно.

Минь Юньчжун и представить себе не мог, что брат скажет подобные слова перед столькими людьми, пренебрегая своей репутацией и честью школы Наньхуа. Он чуть не лишился чувств от гнева и хотел было накричать на почтенного Чунхуа, однако его остановил Юй Ду. В конце концов, Чун Цзы теперь Верховный демон. В любой момент, она может призвать демонов Пустых небес – последствия даже представить страшно. Причина, по которой она еще этого не сделала, очевидна. Сейчас нужно успокоиться, а дальше время покажет.

Чун Цзы смотрела на него с удивлением, но в большей степени с пониманием. Какой смысл он вложил в свои слова? Другие могли не знать, но она знала. Ради спасения мира бессмертных или ради ее собственного – он действительно сделал все возможное. Вот только если нельзя ничего поделать, зачем вынуждать себя? Какой смысл сожалеть, страдать, ненавидеть? Девушка хмыкнула.

– Я уже передумала.

Ло Иньфань вздрогнул.

Когда она сбежала, он понял, что снова совершил ошибку, снова причинил ей боль и рана настолько глубока, что уже ничего нельзя вернуть обратно. На самом деле он сам не понимал, почему поддался ей. Из-за чувства вины, из-за долга или из-за чего-то еще?

Почтенный бессмертный хотел что-то сказать, однако не находил нужных слов.

– Чун-эр, – лишь выдохнул он.

– Ты просто чувствуешь свою вину. Могу легко простить тебя, – звонко произнесла Чун Цзы, обводя взглядом толпу. – Я оказалась в таком положении из-за преследования бессмертных. Они до сих пор не хотят меня отпускать. Если убьешь их, принесешь себя в жертву мечу, тоже встанешь на демонический путь – я немедля пойду с тобой. Согласен?

Эти слова были резкими, и каждый присутствующий почувствовал гнев, но не тревогу. Если бы на месте Ло Иньфаня был кто-то другой, он, возможно, и пошел бы на такое. Однако это почтенный Чунхуа, глава Союза Бессмертных, и он точно не станет этого делать.

– Ведьма! – выругался Минь Юньчжун. – В твоем сердце отрава! Как смеешь говорить такие ядовитые слова?!

Проигнорировав его, Чун Цзы посмотрела на Ло Иньфаня.

– Ну что?

Тот не ответил, поскольку знал, что она не позволит ему так поступить.

– Я сказала это только для того, чтобы дать понять: ты так ревностно относишься к своему долгу, но и у меня есть призвание, – улыбнулась девушка. – В двух жизнях мы были учителем и ученицей. Моя любовь, мое стремление в итоге ничего не стоили. Теперь я повелительница демонического дворца Девяти глубин и верна Владыке демонов. Ради своего народа я должна завоевать как можно больше земель. Ло Иньфань, ты покинул меня ради бессмертных и простых людей, а сейчас я оставлю тебя ради народа демонов. Ты хочешь защитить всех невинных, а я хочу подчинить демонам все шесть миров. Давай положим конец вечной борьбе бессмертных и демонов.

Закончив говорить, она подняла руку и ударила себя в солнечное сплетение!

Шелковая нить, связывающая души, активировалась еще в тот момент, когда она атаковала главу Ина, поэтому сейчас от удара из уголка ее губ потекла кровь. Яд желания исчез, но мучительная боль до сих пор осталась в сердце Ло Иньфаня. Мужчина вздрогнул, глядя на Чун Цзы, и вдруг почувствовал себя обычным смертным.

Он потянулся к ней, чтобы обнять.

– Чун-эр! – Голос дрожал, и он так и не смог больше ничего произнести.

«Шелковая нить, связывающая души! Освободи ее!»

Наконец он вспомнил, что нужно делать, и схватил ее за запястье.

Однако ученица, казалось, вовсе не чувствовала боли. Оттолкнув его, Чун Цзы вытерла кровь рукой и отступила, тяжело дыша.

– Это не убьет меня. Считай, что кровь – плата за тот удар, который ты принял за меня. Ло Иньфань, тебе не нужно меня жалеть. Ты не обязан принимать мою любовь, а я не обязана беспокоиться о твоем чувстве вины. Отныне защищай свой мир бессмертных, а я буду защищать демонический дворец. Отныне не нужно придавать большое значение нашим прошлым отношениям.

Учитель и ученица в двух жизнях… но теперь все кончено. Ло Иньфань чувствовал лишь печаль. Он смотрел ей вслед, а во взгляде была полная пустота.

Ван Юэ не ждал ее на ложе. Сейчас он пребывал в храме Владыки демонов. Издали повелитель казался черной статуей, что делало храм не таким пустым.

– Повелительница.

– Если повелитель не придет сегодня ко мне, я не смогу уснуть.

– Ты не убила Ло Иньфаня.

– С чего мне его убивать? Я хочу, чтобы он своими глазами увидел, как шесть миров сдаются во власть демонов.

– Полагаю, это скоро произойдет. Готова ли повелительница?

Чун Цзы была удивлена.

– Конечно готова, но мир бессмертных сейчас хорошо защищен. С нашими нынешними силами школу Наньхуа захватить невозможно.

Ван Юэ кивнул.

– Остается лишь просить повелительницу призвать демонов Пустых небес.

Девушка не согласилась:

– Демонов Пустых небес можно призвать лишь раз в сто лет. Сейчас еще не время. Бессмертные готовы к атаке, мы только напрасно погубим жизни. Владыка слишком нетерпелив.

Ван Юэ хмыкнул.

– Ты достойна быть дочерью Ни Луня. Никто не смеет недооценивать тебя.

– Не говори о Ни Луне, я никогда не видела его и не помню. Как вообще могу называть его своим отцом? – Чун Цзы натянуто усмехнулась и посмотрела на повелителя демонов. – Это ты каждую ночь дурманишь мой разум демонической ци, отчего в последнее время я так странно себя веду.

Ван Юэ не стал отрицать:

– Демонам не нужны чувства.

– Чего ты хочешь добиться?

– Просто желаю, чтобы повелительница своей кровью призвала орды демонов Пустых небес и передала их мне. Об остальном я позабочусь сам.

Чун Цзы улыбнулась.

– Если они станут подчиняться тебе, буду ли я тогда тебе нужна?

– Клянусь Владыкой демонов, – улыбнулся в ответ Ван Юэ. – Моя повелительница, я лишь хочу помочь тебе добиться успеха и не собираюсь причинять вред.

Чун Цзы молчала.

– Никто в мире демонов не осмелится нарушить клятву, данную Владыке демонов. Ты веришь?

Девушка колебалась.

– Мне любопытно. Все дороги в мире людей контролируются бессмертными. Как ты собираешься атаковать школу Наньхуа?

– Пока не могу рассказать.

– Это заставляет задуматься.

Вернувшись в главный зал, Чун Цзы обнаружила, что кроме Угасшей лотосовой сутры, охраняющего дверь,