— Брешешь, — на полном серьезе проговорил он, а по глазам было видно, что он не верит ни единому моему слову.

— Нет, — чуть прикрыл я глаза, чтобы тоже показать свое недовольство. — И это не я определил, а Индри. Он чувствует противоположность себе, как я понял, это словно магнит. И чем мы ближе были к точке проявления Хлада, тем сильнее он бесился. И… явно тот, кто тут сражался, пытался скрыть следы присутствия вемор.

— Хм, — задумался Николас. — Это звучит уже интереснее и начинает укладываться в логику. Дай подумать.

И я впервые увидел, как он провалился в раздумья и насколько сильно изменилось у него лицо. Не только нахмурился, но еще мелко двигал губами, чуть прищурился, наморщил лоб. И выглядел… ну не совсем как другой человек, но если бы я не знал его, то мог бы спутать. Сначала он стоял, но потом, покрутив головой, поставил на место один из наиболее сохранившихся диванчиков, уселся на него и жестом пригласил меня присесть.

Отказываться было глупо.

— Знаешь что… — внезапно развеял он тишину, даже не повернувшись в мою сторону. — Я бы с радостью сейчас переговорил с твоим духом. Они врать не умеют, но… пожалуй, попробую довериться твоим словам. Если ты действительно говоришь правду, то это очень тревожный знак.

И вновь он провалился в раздумья.

— И чем же? — я хоть и уточнил, но это было больше для того, чтобы просто развеять тишину и выдернуть его из его же мыслей.

— Блуждающий Ужас предпринимает попытки атаковать цифровую инфраструктуру Города, двадцать седьмого Города, — вот теперь он с напряженностью повернулся ко мне лицом. — Причем остается большой загадкой, как он сюда проник. Точнее, не он, а его агенты, силы Хлада, как называет его Первое Пламя.

— Кстати, а вы не почувствовали? — перевел я взгляд с него на остатки нити, которые вот-вот пропадут. — Вон, — махнул я рукой, — там ведь есть след, Индри его видит и передает свое виденье мне.

— Я тебе уже говорил, — со снисходительной улыбкой проговорил Николас, — наши классы хоть и базируются на силе Души, но имеют огромное различие. Как я понял… твой класс больше создан для выявления скрытых угроз, для выслеживания и всякого такого. Сколько тебя ни слушаю, столько про твой класс нового ни узнаю, всё больше в этом убеждаюсь. Ну и не только для того, чтобы читать следы. Вы — охотники за головами, причем отличные. Один на один сражаться — ваша изюминка. И раз именно Первое Пламя твоему классу покровительствует, то, значит, вы охотники чисто за врагами Городской системы, если это так можно назвать. Ну а мой класс просто представляет разрушительную мощь Первого Пламени. Мое чутье не настолько тонко, как у души, которая слилась с тобой. Она принадлежит этому миру, а мы — нет. Поэтому она чувствует, а мы с тобой — нет.

И это… ставило на свои места то, что сейчас вырисовывалось. Но не объясняло того факта, что Николас понял сейчас. И мне требовался этот ответ! Я от него, чтоб его, не отстану!

— Так что вы поняли? — раздраженным голос получился сам по себе, что вызвало смешок у моего, если так можно сказать, наставника.

Аж мурашки пробрали от этого. Как вспомню его тренировки.

— Что Город понял, что может произойти, — усмехнулся он. — А система безопасности чуть лучше работает, чем в мое время. Это радует.

— Конкретики, — и всё равно раздражение вырывалось.

— Какой ты… — мотнул он с усмешкой головой. — Смотри, я тебе уже дал намек, ты мог бы догадаться. Но поясню, раз тебе лень думать. Твой случай стал показательным для Городской безопасности. То, что тебя убил и отправил в кому Неаватар, который оказался Малым Воплощением, означает лишь то, что где-то лежат для Блуждающего со стародавних времен эксплойты, которыми он воспользовался. Поэтому сначала проявилась наиболее яркая ячейка в виде Шилека — да, я тоже всё знаю, мне положено всё знать. А потом уже стали проявляться в других местах менее сильные, но всё еще значимые силы. У меня тут когда-то была сеть информаторов, когда я был жив. И… удивительно, но она сохранилась. О странностях в Таурусе я узнал от них. А когда пришел сюда, чтобы убедиться в словах потомков своих людей… то оказалось, что кто-то уже всё выявил.

— И вы сначала подумали, что это Джус?

— Одна из версий, — почесал он щетину, а потом, накинув ногу на ногу, расслабился на диване. — Но теперь я понимаю, что это мои наследники, хах.

— То есть вы — контрразведчик! — указал я в его сторону пальцем.

— Угу, — самодовольно ответил Николас. — Или как это еще называют… хм-м-м… майор седьмого отдела СГБ.

— А другие какие?

— Подрастешь — узнаешь, — внезапно он положил руку на мою голову и растрепал прическу.

— Эй, — отбился я почти мгновение спустя.

Вот как знал, что нужно было материализовать шлем, чтобы не было такого посягательства. Аж злость от такого берет, а ему, Туман его поглоти, хотя он и так им поглощен в какой-то степени, только в радость это. Но… было в этом что-то такое, что описать не мог. Возможно, у него были дети, а я для него хоть и чужой, но… он ведь не отворачивается от меня. Хоть и есть в этом что-то предательское по отношению к отцу, но Николас здорово тогда помог прочистить мозги на самом деле. Он жесток, бесспорно, сейчас стало даже понятнее почему. Но в любом случае…

— Хорошо, — уже спокойнее ответил я, после чего встал с диванчика. — Тут, кстати, следов битвы нет.

— А это нормально, — глянул на меня маг. — Когда я был в составе виртуальной контрразведки, то у нас были артефакты, которые действовали в пределах Тауруса. Они позволяли ограничить, даже изолировать, если не создать новую область, в которой и шло сражение. Но последствия всё равно так или иначе достигают реальности. И раз тут столько разрухи, то и вемора была не одна.

— Почему так думаете? — хоть он и был прав, мне хотелось проверить его логику.

— Ну раз такой слабак — объективно, так что не обижайся, —