бифштекс средней прожарки с хрустящей корочкой. На гарнир горошек. К нему подайте бутылочку хорошего вина, на ваше усмотрение. А ей принесите десертов. Побольше. Со свежими фруктами и сливками. И соку.

«Дочка» недовольно подёргала «отца» за рукав.

— Виноградного. Считай, тоже вино, только очень-очень молодое, — красноволосый мужчина успокоил свою спутницу.

— Это ваша дочь? — официантка попыталась разрядить окружающую их несколько гнетущую атмосферу.

Повернув голову, китаец несколько секунд, не мигая, разглядывал девочку с непроницаемым выражением лица, после чего, как ни в чём не бывало, попросил официантку поторопиться, так и не ответив на вопрос. Куклу из рук он так и не выпустил, посадив её себе на колени, прижав к животу. Казалось, что она ему очень дорога. Не менее, чем собственная жизнь. Подумав об этом, не удержался от улыбки. Может, попросить два раза моргнуть, если его держат в заложниках?

Тут в ресторане началась какая-то чертовщина. Неожиданно сразу за несколькими столиками посетители почувствовали непреодолимый позыв завершить свою трапезу и срочно покинуть занятое место, надеясь добежать до туалета раньше, чем в этом пропадёт нужда. От такого зрелища напряглись и официанты. Переглянувшись, один из них поспешил на кухню. Ольга, заметив неладное, бросила быстрый взгляд ему вслед и стала есть медленнее, вдумчивее. Однако не стала предлагать уйти, ведь этот ресторан порекомендовала именно она. Понадеялась, что это ложная тревога. Мне-то это аппетит точно не отбило. Скорее наоборот, заставило поторопиться доесть, пока эти придурки ещё что-нибудь не выкинули.

Зачем Кукла всё это устроила, стало понятно, когда в ресторан на место выбывших клиентов пришли новые. Первым появился смуглый, немного лохматый и очень улыбчивый мужчина с раскосыми глазами, непонятной национальности, в костюме итальянского мафиози из фильмов жанра нуар. За ним очередь заняла платиновая блондинка с восточным типом лица, в белом вечернем платье, пахнущая лотосами. Настолько красивая, что от взгляда на неё слюна появлялась раньше, чем связные мысли. Третьим пришёл ещё один азиат, с немного голубоватым отливом кожи и поразительно яркими, большими голубыми глазами. Тоже идеально красивый, но уже в глазах женщин. Он одним своим присутствием внушал окружающим подсознательное ощущение чего-то могучего, древнего, грозного, а ещё очень богатого и знатного. Официантки были в восторге. Едва не пищали. Они чуть не передрались за право обслуживать столик этого аристократа. Четвёртым пришёл неприметный, невысокий китаец с неуловимо-крысиными чертами лица, в лёгком сером костюме, без галстука, напоминающий обычного офисного клерка, вечно пропадающего на переработках. Очень уставшего. Равнодушного ко всему, кроме звонка будильника. С тёмными кругами под глазами и немного осунувшимся, худощавым лицом. Но притом без единой морщинки или родимого пятна.

С каждым таким посетителем ресторана я сутулился всё сильнее. Поменяв мнение, посчитал тех, кто ушёл, счастливчиками. Они хотя бы просто обосрались, а вот что ждёт оставшихся, только одному богу известно. Лично у меня задница заранее сжалась от плохих предчувствий.

— Всё в порядке? — забеспокоилась Ольга.

— Да, в полном, — жестом показал, что всё ОК.

Глава 16

— Что вы здесь делаете? — тайной передачей голоса спросил у Барбоса.

— Помогаем, — тем же способом, мне прямо в ухо ответил довольный демон.

Да ещё таким тоном, словно рассчитывал на похвалу.

— Мы позаботимся о том, чтобы вам никто не мешал, — он поспешил успокоить, призывая продолжить свои тёмные дела.

— Например? — поинтересовался у одного из тех, кто именно этим и занимался.

— За вами следили специальные стражи. Так вот, Кукла уже позаботилась, чтобы им сегодня было не до этого.

Перестав жевать, я обеспокоенно уточнил:

— Сколько за собой оставили трупов?

— Ни одного. Так вышло, что в их машине внезапно испортился аккумулятор. Более того, он же и послужил причиной выхода из строя всей записывающей аппаратуры. Там что-то знатно закоротило. Не повезло им. Не переживайте, никто не докажет обратного. Поэтому сейчас сюда зайдёт наблюдатель, прикинувшись обычным посетителем. Однако долго он в ресторане не просидит, ведь у бедняги сильное расстройство желудка. Только он об этом ещё не знает.

Мне смутно послышалось коварное, хриплое хихиканье. Галлюцинация, наверное.

— Вот вы злодеи, — беззлобно проворчал.

— Спасибо, — улыбнулся демон, приняв это за долгожданную похвалу.

— Кстати, а у вас деньги-то есть? — хмуро поинтересовался, посмотрев, что заказали, феникс с Ножом, Лотос и дракон.

Они, видимо, решили, что скромность украшает только бедняков, а к ним это не относится. Примерно представляя, во сколько мне обойдётся их ужин, стыдно признаться, подумал о том, что будет всё же неплохо, если этот ресторан неожиданно сгорит.

— Да, господин.

— Откуда? — похолодев, прислушался, не доносится ли с улицы заунывный звук сирен.

— Одолжили у Лотос, — не заметив подвоха, отчитался довольный ужином демон.

Что-то я не припомню, чтобы Лотос отличалась щедростью и рассеянностью. Как бы она этих доверчивых придурков не пустила под нож, в счёт долга. Уверен, с Ножом она договорится, наняв её коллектором за кулёк леденцов и ведёрко мороженого. Мне их даже жалко стало. Впрочем, увидев, как феникс засовывает под стол тарелку с устрицами, откуда потом донёсся подозрительный хруст ракушек, как в сторону кухни побежали три чернильных мыши в костюмах ниндзя, у одной из которых ещё и крохотная удочка была привязана к спине, а демон складывает жирные обглоданные кости в карман, я мгновенно подавил в себе любую жалость.

«Так им и нужно», — мстительно подумал, жалея о том, что не могу встать и отвесить им пинков в направлении выхода.

Разумеется, все эти действия моя свита проделывала мастерски и максимально скрытно. Чувствовался немалый опыт. Камеры, я так понимаю, в ресторане уже не работали. Что же, десятилетия заточения в четырёх стенах, обустройство подземелья и варка в котле с другими сверхъестественными существами на пользу этим детишкам точно не пошли. Из них выросли какие-то бандиты. С кого только пример брали.

— Хорошо. Дома-то хоть кто-нибудь остался, кроме новенькой? — спросил с подозрением, перейдя к следующему пункту обвинений. — Остальных когда ждать? Двери-то, надеюсь, хотя бы догадались закрыть? Ворота подпереть? Цепочку повесить? Капкан поставить? Радио включить? — забеспокоился.

— Так все уже здесь. Мы честно разыграли в камень-ножницы-бумага, кто мог поехать в город, а кто должен был остаться. Идти-то хотели все, — от этого наивного признания у меня аж бровь дёрнулась. — Остальные следят за домом. Не волнуйтесь. Метёлка с горшком сели пить под ивой. Во дворе, у пруда.