— И что, часто лезут?

— Да не то чтобы, — отмахнулся Заря. — Все монстры там очень тупые, лезут, только если случайно рядом окажутся и почуют свежие души. Большинство — цепи мёртвой магии. Проклятые, скверноботы, моргфреймы, войды, умертвия, хтонии… Все неразумных форм. Что-то с разумной жизнью там туго.

— Отсюда по двадцать шестой сектор разумных монстров практически нет, там же был Хостер, — пояснил я. — Он всё, способное к сложному мышлению, истреблял под корень. Разве что внизу что-то осталось.

— Понятно. А вы здесь какими судьбами? Я думал, вы сменщики. Ещё удивился, что так рано. Нам ещё двое суток здесь стоять.

— А техноцит наш или с той стороны не помогает?

— Здесь его уже перебили давно, — усмехнулся Заря. — Там же монстры где-то на восемь этажей сильнее, чем тут, так что местную живность чужаки легко гоняют.

— Это инициатива архитопов? — спросила Белая.

— Да, пять дней назад был совет альянса. Решили, что каждая фракция от десяти человек в составе должна по очереди защищать переход. Иначе, если не сторожить переход, твари расплодятся тут, и сложность сразу подскочит, и у нас будет полно новых цепей.

— И что, даже Свора согласилась?

Заря рассмеялся.

— Ха! Скажешь тоже, Арктур. Кто ж им доверит такое? Представь Медведя, сторожащего сектор от пустотных цепей. Нет, это только для тех, кто входит в альянс топов и может поставить нормальный рейд. В общем, те, кто понимают, зачем это делается. Кстати, вас, по идее, тоже касается. Хотя вы и так… Лифт построили.

— Если надо — будем дежурить, — согласился я. — Хотя лучше подумать, как устранить проблему в корне.

— Убить всех пустотных тварей в двадцать третьем? — усмехнулся Заря.

— Хах, разве что если у тебя есть личный Хостер, — рассмеялся я в ответ. — Не, скорее барьер укрепить как-то. И оборону лучше организовать автоматическую, роботы и турели. Их пустотники не чувствуют и меньше будут лезть сюда в принципе.

— Ну, это тебе к Альянсу, обсудите. А пока лучше так, чем повышение сложности от тварей с двадцать третьего. Там такое водится, что наши проклятые потом кажутся безобидными.

— Безобидных пустотников не бывает, — заявила Белая.

— Так зачем вы тут, если не к нам на смену? — спросил Заря.

— В двадцать третий идём, как видишь. Так что некоторое время вся нечисть будет у нас на хвосте.

— Это хорошо, хоть одну ночь поспим по людски. Любят они ночные прорывы устраивать. Но вы там смотрите осторожней. Для вас монстры конечно уже не смертельные, но это всё ещё сильные пустотники. На пятнадцатом, как у нас за двадцатым.

Я не стал говорить, что мы собираемся за тридцатый. Звучало это слишком безумно. Но у нас был серьёзный аргумент в виде ассимилированного лангольера. Правда, были и другие подводные камни такого спуска, и изучать их нам придётся уже на своём опыте.

— А далеко собираетесь? — словно прочитав мои мысли, спросил Заря.

— Пока на двадцатый, а там посмотрим, — уклончиво ответил я.

Первым делом нужно было изучить бывшие владения Мракрии, а ныне, получается, земли Тахиона, унаследовавшего Стальную Дубраву и власть над техноцитом.

— Хотите глянуть на землю там? — понял практик. — Хорошая мысль. Не забудьте потом поделиться информацией. Мы периодически тоже совершаем вылазки.

— О, это интересно, — разговор сразу стал приобретать для меня ещё больше смысла. — И что там?

— Да то же, что и сюда лезет. Больше всего там умертвий и скверноботов. Это магическая нежить с пустотой и одержимые мёртвой магией машины. Реже войды, это что-то вроде нематериальных сущностей. Ну а морги и хтонии это джек пот. Сложный противник. Если вы на двадцатый, то, скорее всего, повидаете минимум половину списка. Сектор разнообразен по части цепей мёртвой магии. Думаю, даже что-то новое встретите.

— Спасибо за предупреждение. Постараемся соблюдать осторожность.

— Рад помочь. Если ещё есть какие вопросы — спрашивай. Если за два дня вернётесь, возьми с собой что-нибудь памятное оттуда. И буду рад послушать историю о вашем пути.

На этой ноте мы распрощались, и рейд Ордена двинулся дальше, сквозь незарастающую дыру в барьере в сторону чёрного зева Дороги в двадцать третьем секторе.

38. Путь, ведущий к загадке

Мы пересекли дыру в барьере, входя на ту сторону. Чёрная дорога всё так же уходила далеко вперёд. Освещение было очень слабым, а дальше туннель уходил в кромешную темень, прямо как в шестнадцатом. К счастью, не магическую — темнота вполне развеивалась обычными фонариками и магией Мерлина.

Мерлин подсветил дорогу перед нами, а следом за ним с тихим жужжанием скользнули дроны Сайны.

Первое, что бросалось в глаза — отсутствие техноцита. Хотя, по идее, он здесь должен быть. Я как-то был уверен, что его наличие — база. Ведь, если техноцит исчезает полностью, а его функции не исполняют, Чёрную дорогу рано или поздно поглощает пересбор.

Я не поленился и вернулся обратно к сторожившим сектор проходчикам и задал этот вопрос, на что получил простой и понятный ответ:

— Да есть техноцит. Просто его у входа во время Ивента, видимо, смело, так что первый километр там пусто, а дальше постепенно появляется. Помощи только от него не ждите, большая часть не функционирует и игнорит чудовищ. Но пересбор удерживает, и на том спасибо, — ответил Заря.

Сплюнув и посмотревшись в Зеркало Мисы, летающее за ней тенью, я вернулся обратно на ту сторону, и мы продолжили путь.

Двадцать третий был неуютным местом. Доминирование цепи мёртвой магии сделало своё дело, и, казалось, даже стены здесь пронизаны страданием и болью. К тому же всё пространство у перехода несло следы боёв. Вырванные куски стен, отсутствие дверей в локациях, следы когтей и борозды от гусениц на полу, копоть от огня и запах, как после пожара на свалке. Воняло гарью, пластиком и совсем немного — какой-то неприятной органикой.

Пол тоже был усеян мусором. Куски перемолотых костей неведомых монстров, вырванные части механизмов и очень много каменной крошки.

Первые монстры не заставили себя долго ждать. Это были грубые, заляпанные кровью или красной краской механизмы — гуманоидный корпус, ноги с дополнительным суставом, руки с уродливыми когтями, вместо башки длинная шея изгибалась в одиночный алый визор.

Существа были собраны как попало, будто