детям и взрослым, оставшимися детьми. И героями этих сказок должны быть дети или маленькие люди, во всём похожие на людей. И потому на свет появились хоббиты — племя забавных человечков, любителей сытно поесть и вкусно выпить, а потом непременно подымить добрым табачком. Именно такие существа и должны совершить подвиг, ведь им отважиться на подвиг труднее всего. Но они без ропота, хоть и не без колебаний, отправляются в дальний путь. Один идут через бескрайние пространства Среднеземья, вступая в сражения с чудовищами, превосходящими путников силою и злобой. Им помогают те, чьи сердца отвечают добру: эльфы и гномы, люди и орлы, властелины леса. Все они, жившие в раздорах между собой, внезапно осознают, что должны сплотиться в борьбе с более страшным, чем их прежние глупые распри, что лишь все вместе они могут победить зло. И они побеждают его!

— Сказка, — заметил человек в чёрном. — Наивная, глупая сказка.

— Чудесная сказка! — поправилась девушка.

Её собеседник задумался и решил не спорить.

— Наверно, ты права. Это и впрямь чудесная сказка. Почему я никогда не слышал о ней?

— И не мог слышать.

— Но почему?

— Ей лишь предстоит быть. Она в будущем.

Глаза чудовища холодно блеснули из-под маски — лица или и впрямь искусственной маски.

— Ты знаешь будущее?

— Ты сам дал мне эту силу!

— Неправда.

— Значит, я подобрала её, плавая между звёзд.

— Но разве это интересно — знать будущее?

Красавица задумалась.

— И да, и нет, — сказала она после паузы, какую нельзя было назвать краткой. — Да, потому что порой это приносит пользу. Вопреки мнению, что будущее неизменимо, его можно изменить. И это будет именно то, а не какое-нибудь другое будущее. Нет, потому что рискуешь узнать миг, после которого всё будет в прошлом. Но я захожу в будущее ровно настолько, чтоб не достичь этого мига ровно на один день.

— Один крохотный день? — Чудовище усмехнулось. — Так можно и промахнуться.

— Не думаю. Ведь дни бывают разные. Не хочу быть банальной, но всё же повторюсь: и больше века длится день. В моём будущем написано, что я должна сотворить свой мир. Огромный причудливый мир!

— Тебе придётся заботиться о нём, — предостерёг человек в чёрном. — Всё большое нестабильно.

— Зачем? Древо будет лишь символом. Но всё остальное — реальностью. Там будет мир людей, мир богов, мир великанов. — Красавица закрыла глаза и мечтательно продекламировала:

Под покровом ярко-огненной листвы

Великаны жили, карлики и львы…

И карлики! — оживилась девушка. — Непременно карлики! Я назову их цверги, что значит чёрные.

— Полагаешь, все эти боги, великаны, карлики уживутся между собой, с людьми?

— А почему бы и нет. Но… — Красавица призадумалась. — Ты прав. Как всегда, прав. Интрига станет изощрённей, если создать несколько миров, но обеспечить возможность взаимного проникновения. Грандиозная империя, подобная многослойному пирогу, каждая часть которого имеет свой вкус. Страна богов — мир радостный и изобильный. Я нареку его Асгард.

— Асгард? — с лёгким удивлением переспросил человек в чёрном.

— Асгард. Тебе чем-то не нравится это название?

— Да нет, оно недурно. Но что оно значит?

— Жилище богов. Эти боги будут зваться асами.

— Какое жёсткое имя!

Девушка кивнула.

— Ты прав. Это будет очень жёсткий, даже жестокий мир. Он будет состоять из льда и камня. Мир льда — звучит?

— Да. Но ничуть не лучше, чем, скажем, мир огня.

— Тогда создадим и мир огня. Лёд всегда предполагает пламень. Огненная страна Муспелль!

Рассмеявшись, человек в чёрном нежно погладил изящную голову, прильнувшую к его груди.

— Ты великая фантазёрка. Ты рождена, чтобы творить миры.

Но, кажется, похвала мало польстила девушке. Красавица не на шутку увлеклася своею задумкой. Протянув бокал, она с нетерпением дождалась, когда тот будет наполнен, и пригубила. Вино придало вишнёвой оттенок и без того ярким губам.

— Страна Муспелль! — возбуждённо повторила она. — А править там будет огненный великан Сурт. Тебе он понравится! А напротив я помещу Землю Мрака. Переплетясь между собой, корни этих двух стран дадут начало остальному миру. Из них вырастет древо жизни, верхушкой которого станет Асгард с двенадцатью славными богами.

— Непременно с двенадцатью? — усмехнулся человек в чёрном.

— Не обязательно. — Девушка задумчиво скривила губки. — Пусть их будет тринадцать или четырнадцать. Или даже пятнадцать. Это не столь важно. Главного бога я нареку — О'дин.

— Хорошее имя! — одобрило чудовище. — Ёмкое и звучное.

— Один будет умён, но уродлив.

— Разве главное божество может быть уродливым? Ведь оно требует поклонения, одно из условий которого красота или, по крайней мере, величие.

— Но так интересней. И потом, мы ведь творим игру, занятную игру, а вовсе не веру. И потому наши боги должны вызывать почтение, но не требовать беспрекословного почитания. Ведь так?

— Пусть будет так, — согласился человек в чёрном.

— А рядом, — продолжала фантазировать девушка, — я поселю других богов — могучего Тора, обильного Фрейра. И Локи…

— Локи? — удивился человек в чёрном. — Откуда тебе известно это имя? Однажды я назвал так своего пса.

Красавица не ответила, отчего в душе чудовища в какой раз зародились смутные подозрения. Улыбнувшись, девушка сказала:

— Нет, Локи будет богом — хитрым, пронырливым, коварным. Я дам ему свой характер. А место пса займёт гигантский волк, какого будут бояться даже боги. Придумай ему имя сам.

— Фенрир, — немедленно ответил человек в чёрном.

— Странное имя, — заметила девушка.

— Не более чем остальные.

Вновь улыбнувшись, она согласно мотнула головой, разбросав во все стороны свои чудные волосы.

— Пусть будет по-твоему. Боги пленят Фенрира, но когда-нибудь он вырвется на свободу! «Он пожрёт трупы всех умерших и проглотит месяц и обрызжет кровью все небо и воздух. Тогда солнце погасит свой свет, обезумеют ветры, и далеко разнесётся их завыванье»[8K1]. А под Асгардом я помещу другой мир — Мидгард. Так и будут жить великаны, карлики и львы.

— Львы, если только они не пещерные, не любят холод, — заметило чудовище.

— Тогда пусть их заменят люди.

— Только отгороди людей от великанов, иначе их срок будет недолог.

— Чей их? — лукаво поинтересовалась красавица, примерно зная, каков будет ответ.

— Великанов, конечно, — без намёка на иронию ответил человек в чёрном. — Большие создания счастливы уже от своего внешнего физического превосходства. Потому они незлобливы. Им нечего и некому доказывать.

— Хорошо, тогда давай поселим людей в середине мира, а по краям, за высокими горами, пусть живут великаны. Там же будет плавать ужасный дракон, остерегающий этот мир от всех прочих. И ещё я хочу сделать чудесный мост из радуги.

— Твой мир не столь пугающ, как я рассчитывал, — заметил человек в чёрном. — Мне приходилось создавать куда жестокие миры.

Девушка на