к нему подоспел и второй ещё постарше, такой же щуплый да на первого похожий, будто они братья. И заявил:

— Ваше высочество, не желаете ли поглядеть защитную экипировку?

— Да подождите вы, не так быстро, — выдала принцесса сварливо. — Я хочу пострелять из этой штуки.

Кивнула на МГ–13.

А у принцессы губа не дура!

Оба конструктора засуетились вдвойне. По их совету для удобства стрельбы принцесса легко передала в заботливые руки одного из верзил своё пальто, оставаясь в облегающем мундире меха–гвардейца. И вскоре началось на стрельбище веселье. Никогда не слышал, как принцесса визжит. А она начала, когда забахали выстрелы у неё перед носом, да ещё и забило с отдачей. При том, что её ведь предупреждали!

Магазин закончился слишком быстро, ей дали ещё три. Пока уже ствол не задымился. Еле уговорили сделать перерыв. Но ей на месте не сидится, схватилась за автомат Фёдорова.

— А ну–ка, Палыч, магазины подавай! — Заявила взмыленная.

Щёки красные, тонкие локоны со лба сдувает. Ох, красива, все залюбовались. С автомата стрелять ей понравилось больше. Не такая отдача.

А все и рады, генеральша на животе лежит попой кверху. Все не в поле на мишени смотрят, а на её округлости обтянутые. Стыд да срам.

Но гусары в таком случае говорят с придыханием: «эстетика»!

Забахало, затарахтело по всему стрельбищу знатно. Мы уже и привыкли.

Напросился пострелять с немецкого пулемёта и я. Вот только не лёжа на плащ–палатке, как принцесса. А стоя, как мои братцы.

Удовольствие неописуемое. Пусть я ни в какую мишень и не попал. Зато прикинул, что такая штука с одной обоймы может в упор и голубого оргалида раздолбать за милую душу. Надо только знать, куда целиться.

А я им подскажу, опытом поделюсь с удовольствием.

— Эх! Нам бы такие во Владик! — Выдал в сердцах, уходя с позиции и принимая на плечи шинель от казака.

— Нам хотя бы вас снарядить, товарищи экспедиционеры, — ответил Виктор Павлович, посмеиваясь. — Чтоб такое в армию серийно пустить, это лет десять бюрократической волокиты ещё пережить нужно. Кстати, товарищ штабс–капитан, не желаете ли опробовать британский кольт? Мы для него пули бронебойные отлили специально.

— С удовольствием!

— Пожалуй, тоже опробую, — обозначилась принцесса с красным носом, которой уже вручили железную кружку с горячим чаем, и ко мне обратилась: — хорошо стреляешь из револьвера?

Похоже, увидела, что я из Медведя по возвращении отцов револьвер со всякой другой мелочёвкой доставал.

— Думаю, неплохо, — отвечаю с грустной улыбкой, вспоминая дуэль.

— Тогда посоревнуемся, — заявляет с азартом и тулякам говорит: — Где направление пистолетное?

— Самое левое, ваше высочество! Двадцать пять и пятьдесят метров. Сейчас только этих сгоним…

В стрельбе по мишеням с дистанции двадцати пяти метров принцесса обставила меня с первой попытки очень уж легко. Но во второй я был уже близок к победе.

Однако удовольствие лицезреть довольное и прелестное лицо женщины виделось мне выше вкуса победы над ней.

Спустя два часа изучения новых образцов вооружения, перешли к экипировке. Оказывается, можно шапки с мундирами бронёй из металла обшивать. Вот только всё тяжёлое, быстро не побегаешь. И вместе с тем, я понял, что не просто так в наши десантники отобрали самых крепких и выносливых. Они и тренируются, чтоб в броне да с тяжёлым оружием по суше идти.

Это у мехаводов броня, которая сама их несёт и защищает. А пехоте придётся не сладко. С другой стороны, такие бойцы будут более живучи и убьют тварей больше. Ну а мы прикроем.

После стрельбища я понял, насколько серьёзно нас готовят к миссии.

Будто читая мои мысли, на обратном пути, принцесса заявила с хитрой улыбочкой, что у Зотова для меня есть сюрприз, связанный с некой задумкой для мехаров. Мол, к идеям я сам его некогда и подтолкнул.

Казалось бы, ничто не может омрачить вечер после такого впечатляющего дня.

Но я ошибался. Ещё до ужина на Базу прилетели два мехара. Илья Рогачёв и Олег Румянцев.

Теперь вся наша команда в сборе.

Глава 4

Идеи Константина Зотова

Я был в своей подземной комнате, когда через приоткрытую дверь донёсся шум из коридора. Два смеющихся меха–гвардейца и радостный голос принцессы, которая повела их в свой кабинет, как меня в первый день.

Они, как три закадычных друга.

Забавно даже стало от мысли, как поменяются их лица, когда она признается, что я не в тюрьме сижу, а пилотирую легендарного Медведя и готовлюсь отправиться с ними.

Вспоминая нашу тяжёлую дуэль и его последние слова, я всё же поёжился.

Вряд ли он сошёл с ума, передав мне слова монстра. Меня всё сложнее удивить всякой чертовщиной. Что если Анна Третьякова в симбиозе с фиолетовым скатом расправились с офицером по её прихоти.

А может специально стравила меня с ним ради забавы. Вот только перестаралась и спохватилась после? Или это часть её новой игры?

Олег Румянцев пожелал мне смерти, назвав порождением ада. Подобное из головы так просто не выведешь. Особенно, когда он вернулся с того света. Здоровый и полный сил. Ведь стука трости о кафель я так и не услышал.

Вопрос даже не в том, как он встретит меня сейчас.

Вопрос в том, когда решит выстрелить в спину.

На ужине в столовке и свиделись.

Пришли они втроём, немного задержавшись. Принцесса с опаской смотрит, оба гвардейца серьёзные. Румянцев чернее тучи, похудевший, немного прихрамывает на левую ногу. Но видно через штанину, что она у него целая.

Все поднимаются из–за стола. Следую примеру и я одним из последних.

— Долгожданное пополнение, товарищи офицеры, — выпалила принцесса с неловкостью в голосе, окидывая всех, кроме меня взглядом. — Многие из вас знают не понаслышке о подвигах Ильи и Олега на западных рубежах и во Владивостоке.

Все закивали дружно. Зотов продрал горло.

— Что ж, присаживайтесь, — скомандовала Небесная несколько растерянно и уселась на своё место.

Проявляя учтивость, Олег пододвинул ей стул, при этом не сводя с меня синих глаз, будто прожечь решил, да поскорее. А на мне по иронии судьбы снова форма вероятно по его меркам непотребная, зелёная, совершенно не гвардейская. Зато в такой и валяться не жалко.

Засияли частицы на его кольце ярче прежнего. Надо же, уже четыре. Замечая мой интерес, Олег ухмыляется.

Илья напротив, усевшись на свободное место, потупил взгляд, стал негромко общаться с новобранцами