телепатический импульс от старшего тезки заставил его захлопнуть уже открывшийся рот. Вместо этого пацан отвесил поклон — сперва совсем небольшой, крохотный даже, но затем, после повторного импульса от старшего товарища, он согнул спину значительно ниже. Молодец Смолов, не забывает учить тонкостям своего младшего…

Пете не по чину ставить на место супругу, пусть и будущую, своего Главы. Не в последнюю очередь потому, что она запросто может после этого собрания попросить парня прогуляться с ней до нашей дуэльной площадки для высших чародеев. Где она, под контролем Алёны, которая проследит, чтобы ни один из противников не получил слишком серьёзных травм, вытряхнет всю пыль из паренька. Так-то моя невеста, пожалуй, даже сильнее Смолова. Да что там — точно сильнее, судя по тому, что я наблюдаю.

На, а ещё потому, что нельзя при посторонних подрывать авторитет вышестоящих — а Хельга второй человек в Роду, после меня. Да она, собственно, единственная, кто «натуральным» образом станет частью моего Рода — именно наши дети и будут его основной кровью и наследниками… Которым, если всё пойдет как надо, никогда не суждено будет вступить в наследство — я вместе с женой собираюсь жить вечно.

Однако кое-что прояснить всё же стоит — для внимательно слушающих и наблюдающих за происходящим остальных Старейшин Рода. И для Петьки тоже — ведь мудрый Глава не должен допускать даже самых малых ростков конфликтов между своими приближенными.

— Дорогая, в отличии от твоего многоопытного и мудрого отца, я ещё совсем зеленый Глава Рода и политик, — обратился я к ней и ко всем присутствующим. — Если дело касается магии или, на худой конец, войны — тут я ещё могу быть уверенным в своей компетентности. Но во всем остальном подобным уровнем экспертности я похвастать не могу — а потому всегда открыт советам от тех, кто понимает в проблеме больше меня. Однако кое в чем ты действительно права…

Я перевел взгляд на всё ещё упрямо хмурящего брови парня:

— Петя, я сказал, что я принял решение, и даже объяснил, на основании чего оно принято. Каждый из вас имел возможность высказаться и привести аргументы, и вы это сделали… А уж на их основе я сформировал свое мнение. У всех были равные возможности убедить меня в своей правоте, и ты не сумел этого сделать. Так что запомни на будущее, — обрушил я на его плечи давление, заставив пошатнуться и слегка побледнеть. — Я не потерплю споров со мной и сомнений в моих словах. Ты меня понял, мой нерадивый ученик?

Давление я обрушил в полную силу, не давая поблажек парню, но, надо признать, он сумел его достойно выдержать, не прибегая к активной магии. Воззвал к своей силе, собственному Дару и тем Молниям, что унаследовал от меня, и они, к моему удивлению, встали на защиту своего хозяина, не глядя на то, что я их изначальный творец!

В общем, он выпрямился и глубоко поклонился, прежде чем ответить.

— Простите, учитель, я увлекся спором и забылся, — повинился он, вроде бы даже искренне. — Я всё ещё иногда забываю, что мы больше не маленький Род и что мы не в походе, а дома. Бытность частью Великого Рода всё ещё в новинку для меня, не говоря уж о подобных собраниях.

— Что ж, раз с этим мы разобрались — позовите посланника, — бросил я. — Бедолага и так уже долго маринуется в гостевых покоях.

— О, вовсе нет, скорее уж наоборот — он будет удивлен скорости, с которой его приняли, — заверил меня усмехнувшийся Смолов. — В подобных ситуациях вполне нормально, если посланец удостаивается аудиенции через три-пять дней после своего прибытия.

— Аудиенции, скажешь тоже, — фыркнул я. — Да и с чего посланца заставлять ждать несколько дней?

— С того, что мы Великий Род, а он представитель весьма малого, — пояснила Хельга. — К тому же это для него дело срочное, а не для нас. За исключением особых случаев — если всё действительно срочно и дело не терпит отлагательств, то идут навстречу просителю. Но это уже на усмотрение людей, ответственных за работу по внешним связям Рода. Кстати, пора бы уже создать эту службу и выделить в неё людей, финансы и прочее. А то Петр Алексеевич с его людьми и без того загружены сверх всякой меры, чтобы тянуть на себе ещё и эту работу. У меня есть на примете подходящий человек…

— Мы поговорим об этом в другой раз, дорогая, — оборвал я девушку. — Пока что пусть Пётр Алексеевич и его служба ещё немного поработают и в этом направлении.

— Как скажете, Глава, — послушно склонила она свою прелестную белокурую головку.

Моя невеста ничем не выдала своих чувств, даже Сила Души не помогла ничего ощутить, но я не сомневался ни на йоту — она раздражена моим завуалированным отказом. Я с трудом удержался от тяжелого вздоха — ну вот, пришел новый полюс силы в Роду, и началась борьба за власть и влияние в нем. До того само собой разумелось, что все службы и ведомства нашего Рода находятся в ведении моего главного Старейшины, как самого опытного и рассудительного среди нас. С появлением Алёны это несколько изменилось — когда девушка полностью вернула себе память, достигнув восьмого ранга, оказалось, что управленческого и политического опыта и смекалки у неё на голову больше, чем у десятерых Смоловых. Ещё бы — она ведь бывшая Великая Княгиня, получившая прекрасное образование и затем, став женой одного из принцев Цинь, за несколько десятилетий сокрушила всех соперников своего мужа, сделав его фракцию, что была на момент их брака слабейшей, безоговорочно доминирующей при дворе.

Только до недавнего времени моя прекрасная нежить была абсолютно не заинтересована в том, чтобы взваливать на свои прекрасные плечики тяжкое бремя власти. Как она сама говорила — наигралась во власть, политику и прочую чепуху ещё пока была живой. И хотябы после смерти хочет заниматься тем, что ей действительно интересно.

Её больше интересовали наши с ней уроки боевого искусства, оттачивание своих навыков и чар, тренировки в ритуальной и начертательной магии, создании многочисленных артефактов, требовавшихся городу — подавляющее большинство подобных вещей вполне можно было создать, используя кровь магических монстров. Те, что нельзя, требовали разумных жертв… Но всё, что нам требовалось, можно было сделать и без этого.

Но вот в последнее время, по мере обучения Темного, она начинала всё активнее интересоваться жизнью Рода, его делами и заботами. Даже создала свою фракцию в нем — из числа тех, кто интересовался темной магией и