— Да, очень! — согласилась Мандора. — Но что это такое? С морковкой! Хи-хи! Никогда такого не видела, белое лицо и морковка… вместо носа, да?! Из снега ведь, правда?!

Фая с Ирмой тоже захихикали.

Тут-то Мика и поняла, как опростоволосилась. Пожалуй, если бы она нарисовала цветы, как ей хотелось в начале, но проблем было бы меньше! Она же не хотела выделяться… А в этом мире, похоже, не знают, что такое снеговик!

— Это снеговик, — вздохнула она. — Такая фигура из снежных шаров. В моем мире дети лепят зимой. А иногда и взрослые.

— А если ей слепить грудь и юбочку, то будет девочка! — продолжила хихикать Ирма. — Снеговичка или Снеговичиха!

— Снежная Баба тогда будет, — не удержала от улыбки Мика. — Ох, девочки! Не хотела я привлекать к себе внимание. А ничего не вышло. Вот и вам уже интересно, что я такое нарисовала! И принцу может стать интересно… Хоть тарелку бей!

— Стой! — схватила ее за руку Ирма. — Не надо бить! Если ты выиграешь отбор, мы ничего против не имеем. Лучше быть фрейлиной у тебя, чем у Пути. Главное не сдаваться принцу, пока он не назначит тебя женой…

Тут их тихую беседу прервал Бамбар, подойдя к их столику. Оказывается, он уже пару минут ходил по залу, водил руками над тарелками.

— Для стабилизации краски, — пояснил он. — Все, собрались — и идите отдыхать. У вас еще полтора часа до обеда. Кто не успел — приводим себя в порядок. На обеде принц будет приглядываться к тому, как вы следите за собой!

«Чтоб ему Снеговик со Снеговичкой отгрызли что-нибудь, снобу такому!» — подумалось Мике.

Девушки высыпали в коридор. Причем сразу было видно, кто с кем общается. Часть девиц, включая обеих «восточных красавиц», держались вместе и недалеко от Мики с подружками. Другая часть — следовали за высокомерной герцогиней, которая, выйдя в коридор, сразу сделала самое главное. То есть — одарила Мику и остальных презрительным взглядом.

— Интересно, какую гадость могла изобразить эта лопающаяся плебейка! — бросила она, проходя мимо Мандоры.

У Мики невольно сжались кулаки от гнева. Почему-то нападки на Мандору вызывали у нее даже больше возмущения, чем на нее саму.

Мандора же, слыша подобное, лишь опускала глаза, чуть не плача. Видимо, стыдилась своей природы настолько, что не могла дать никакого отпора. К тому же у нее ведь контроллер эмоций, сообразила Мика! Наверно, стыд он допускает, а вот гнев или возмущение — нет. Ведь легче всего лопнуть как раз от возмущения!

— Интересно, что за формальную ерунду могла изобразить дама, у которой в голове одни лишь высокомерные мерзости! — не выдержала она, бросила фразу тихо, но так, чтобы герцогиня услышала. Подумала и добавила: — От высокомерия, кстати, тоже легко лопнуть, какой бы титул у тебя ни был!

— Ты что-то сказала, чернавка из другого мира? — медленно, с угрозой развернулась герцогиня.

— Да так, разговариваю с умным человеком! — ядовито улыбнулась ей в ответ Мика.

Герцогиня замерла, явно не поняв, кого Мика имеет в виду.

— Это с кем? — удивленно переспросила она.

— С тем, кто хорошо меня понимает, — продолжила ядовито улыбаться Мика. — А лучше всех меня здесь понимает лишь одна девушка.

Девушки, обладавшие большей сообразительностью, в том числе из «свиты» герцогиньки, захихикали, когда Пути принялась разглядывать подруг Мики в попытке определить, кто именно лучше всего понимает пришелицу из другого мира.

Тонкие бровки герцогини гневно сошлись на переносице.

— И кто же это?! Хотела бы я знать, кто здесь подобен тебе!

— Право слово, ваша светлость, — Мика издевательски выделила это голосом. — Не напрягайте свой разум, это сложная загадка. Этот человек — я сама.

Догадавшиеся прежде, из обеих группировок, продолжили хихикать.

Раздался шепоток: «А хорошо она ее!»

Вслед за ним другой: «Ну так она из другого мира, поэтому не боится…»

— В твоем мире, видимо, все настолько глупы, что даже не могут нормально выражаться! — вздернула подбородок, покрасневшая отчего-то Пути. — Я даже не буду тратить на тебя время!

И гордо пошла за угол. Девушки из свиты (некоторые — неохотно) потянулись за ней.

— Спасибо, конечно… — прошептала Мандора Мике. — Ты опять за меня заступилась! Но не нужно этого делать! Герцогиня очень опасна…

Мика и сама понимала, что зря поддалась эмоциям. Прежде было непонятно, насколько герцогиня ей враг. А теперь никуда не денешься. Она нажила себе врага — с высоким статусом, группой сторонников, большими возможностями и коварством в крови.

— Ничего, девочки, пробьемся! — бойкая Ирма обняла за плечи Мику с Мандорой. — Файка, прости, третьей руки у меня нет! Мне даже обидно, что я сама не могу, как Мика! В общем… у меня тут идея для тебя! Слушай… — и она принялась шептать: — Принц может прийти к Мике вечером. А она не хочет. Что нужно? Нужно, чтобы допоздна у Мики в комнате был кто-то из нас! А еще лучше — целая толпа девушек! Сейчас есть время — пойдемте, Мика мне брови выщиплет. На обеде меня многие спросят, кто сделал такую красоту… Ну и я расскажу. Уверена, вечером у тебя не будет отбоя от желающих подправить брови…

— Хм… — ответила Мика, которой все еще было не по себе от мыслей о противной герцогине. Какое-то гадкое предчувствие. Но если прислушаться к словам Ирмы, то ее план очень даже неплох! — А у вас лак для ногтей, тушь для ресниц… есть? Пилочки… пуховки… есть?

— Эээ… — протянула Мандора. — Лак для ногтей — это краска для ногтей, да?

— Понятно, видимо, все это у вас по-другому называется, — догадалась Мика. — И похоже, что-то есть, чего-то нет. Сейчас сделаю брови Ирме. А вечером тащите все, что есть. И другие — нормальные девушки — пусть тоже тащат. Я еще кое-что умею…

«И кстати, — вдруг подумалось Мике. — Похоже, с косметологами и прочими специалистами индустрии красоты здесь не очень здорово. Может, получится уйти с отбора и заработать на жизнь, прихорашивая местных красавиц? Открыть свою мастерскую на территории замка…» — она даже позволила себе немного помечтать об этом, пока они с шли в комнату.

Только кто ей разрешит, вот в чем вопрос! И где взять стартовый капитал…