большую семью. Но скорее напоминает мне обычный деревенский сруб, увеличенный в несколько раз. Я бы сказал, что это жильё преуспевающего купчины третьей гильдии где-нибудь в уездном центре. Никак не господская усадьба. Под одной крышей несколько подсобных помещений. В таком доме мне видится местный кулак, разбогатевший на дешёвом труде наёмных работников. Но я ведь даже не знаю, куда попал. Может быть это предел совершенства сельской архитектуры для данной местности.

— Скажи, Евсей. А чем хозяин ваш занимается? Он врач?

— Не, наш Григорий Яковлевич лекарь, — мужик явно не знаком с понятием «врач».

— Ясно, значится людей лечит.

— Знамо дело, лечит.

— А семья у него большая?

— Не, откуда большая? Младшая дочка в городе учится. Старшая замужем, у ней уже трое детишек. А так барин живёт один, вдовый он.

Пока мы неторопливо прогуливались по утоптанной дорожке вокруг дома, мужик поведал мне о своей деревеньке.

— А в нашей Долинке почти полста дворов. Есть справные хозяева, есть так, голытьба. Народ в основном кормится с реки. Сети ставят, рыбку коптят и солят. В городе охотно покупают нашу рыбку. Есть которые землю пашут. Но это те, кто живут подальше от реки.

— Ясно, а батюшка у вас деревне имеется? — мужик недоумённо смотрит на меня.

— Ну, в церкву ходите?

— Не понимаю я Вас барин. Слова какие-то странные говорите. Давно здесь живём. Мой дед и прадед здесь жили, а до них другие. И все честно работали на род Мелиховых. Так что для нас Григорий Яковлевич и есть отец родной.

Ну хоть тут имеется некая определённая ясность. Церковью тут и не пахнет, в целом насчёт религии — не уверен. Человек не может существовать без идола, обязательно соорудит и примется поклоны бить. А заодно я узнал фамилию приютившего меня хозяина поместья. Получается — здесь его родовое гнездо. И у него почти три сотни крепостных, или как они ещё называют зависимых людей, которые не могут уйти на сторону по собственной воле. Зарабатывает на жизнь он лечением. Это я понял из не очень вразумительного рассказа Евсея. Он говорит, что барин лечит возложением рук. Никакого скальпеля и лечебных травок. Получается я был прав, когда предположил, что Григорий Яковлевич — экстрасенс. Во время наших лечебных сеансов он реально воздействовал на моё тело энергией своих рук. Внутри меня что-то позитивное происходило. Именно это вмешательство позволило мне сегодня прогуливаться по улице, а не лежать варёной колбасой под одеялом.

Глава 3

Вскоре я понял, что мне рановато так долго находится на ногах. Тогда Евсей отвёл меня в яблоневый садик, где усадил в некое подобие гамака. Не уложил, а усадил. Что позволило мне выпить вкуснейший ягодный морс из рук молодой девушки. А потом меня сморило и я уснул.

— Ну, как Вам, Константин Павлович, наши места. Правда красиво?

Мы чинно сидим за столом, обедаем. Мне дали покемарить на свежем воздухе. А когда проснулся, то попросил провести себя в местную библиотеку. В доме была комната, в которой стояли стеллажи с книгами. Просмотрев с десяток на выбор, я убедился, что тут совсем нет религиозной литературы. Есть нечто похожее на дамские романы, язык вполне привычен. Вот только сильно мешают многочисленные твердые знаки. И буква «О» перечеркнута поперёк. А так читать можно. А ещё хозяин кабинета, а судя по большому столу и письменным принадлежностям это именно кабинет, увлекается жанром фэнтези. Мне попались некоторые книги с упоминанием слова «магия». Есть даже некое учебное пособие, практикующему магию воды. Возможно, это не привычная мне старая добрая Земля. Может быть, меня закинуло в мир, где место религии заняла магия?

А к обеду вернулся владелец поместья и пригласил меня разделить с ним обед.

Я ожидал привычного по книгам вознесения молитвы перед едой. Ничего подобного, никакого красного угла с божественной иконкой. Мы сидим по разные стороны стола на расстоянии нескольких метров.

Служанка разлила из супницы благоухающую похлёбку по тарелкам, и мы погрузились в неторопливый процесс насыщения. Аппетит я нагулял неплохой. На второе подали жаренную рыбу и тушёное мясо с гречневой кашей. Я попробовал оба блюда. Вкусно. А может это просто реакция молодого тела. Вкусовые рецепторы позволяют оценить пищу ярче, тоньше и быстрее.

На пироги у меня сил уже не осталось. Я отказался от явно хмельного напитка и попробовал резковатый на вкус квас. Он великолепно утолил мою жажду.

Красоту местной природы мне оценить пока сложно. Учитывая, что мы и гуляли то всего ничего. Но, в любом случае мне здесь нравится. Вдали лес, речка, распаханные поля — красотища. А какой вкусный воздух. Пахло лесом, влагой и свежескошенной травой.

— Очень красиво у вас. Жалко только, что я не смог дойти до вашей речки. Сил не хватило. Вы не против, если я немного отдохну после обеда? — мне внезапно очень захотелось прилечь с закрытыми глазами. Насыщенный для меня день и столько нового. Ведь я долгие годы просидел в инвалидном кресле. А тут я перемещаюсь сам, пусть и с помощью здоровяка Евсея.

— Конечно, Константин Павлович. А перед ужином будьте добры, зайдите в мой кабинет.

Опять неугомонная Варька помогла мне разоблачиться до исподнего, и я с облегчением положил голову на подушку.

Продрых часа два и сейчас лежу, прислушиваясь к ощущениям. Ноги гудят, спина тоже даёт о себе знать. Но это давно забытое чувство от значительных для меня нагрузок. Приятная усталость, завтра надо бы попытаться дойти до реки.

Постепенно мои мысли потекли в нужном направлении. Придётся объясниться с господином Мелиховым. Сошлюсь на частичную потерю памяти. Я ведь о себе знаю только имя. Кто я, откуда меня привезли, что со мною произошло? И главное, куда меня занесло?

— Барин, одеваться? — девчонка сунула свой любопытный нос в дверь.

— Иди сюда.

Девчонка опасливо зашла и сложила руки на животе. Смотрит как настороженный зверёк, готова моментально сорваться и убежать.

— Варвара, в доме есть большое зеркало?

— Есть, а Вам зачем? Ой, — исправилась она, — так оно внизу.

— Можно принести его сюда? Хочу увидеть себя во всей красе.

Девчонка прыснула в кулачок. А она забавная, когда улыбается. Большеротая, не хватает одного переднего зуба и это делает её мордашку шкодной.

— Ну не знаю, я у Аксиньи спрошу.

— Спроси, милая, спроси. Скажи, что барин очень просил. Мне ненадолго, на пять минут.

Вот те на, прошло минут двадцать и раздались приглушенные голоса. Вскоре распахнулась дверь и двое дюжих мужиков втащили в комнату здоровенное трюмо. Тёмного дерева с