опера изъяли записи с кое-каких видеокамер в коттеджах, не густо, но что-то. И никого в нашем временном коридоре.

— Значит? Подожди. Хочешь сказать… он что, был в доме?

— Почему нет? Дом большой. Напрягись и вспоминай. Чужая обувь, одежда в прихожей? Может что-то бросилось в глаза на столе. Не был он накрыт на двоих?

Волков пытался возбудить ассоциативные связи, но, вспоминая место преступления, понимал, рассмотреть там что-то, кроме беспорядка, было непросто.

Лера хотела вспомнить, она терла виски и, наконец, разочаровано покачала головой.

— Нет. У меня был запланирован тяжелый разговор, рассматривать антураж в том состоянии… Ты, что, думаешь, в доме была женщина?

— Она могла спрятаться, чтобы переждать, пока Костя отделается от твоего визита. А потом услышать, что у вас еще незакончены длительные отношения, что будет ребенок. Взбрыкнула, схватила нож. Неправдоподобно?

— Знаешь, сапоги на каблуках или полушубочек я бы наверняка все же приметила. Но, даже если предположить, что и одежду спрятали… Нет, когда мы говорили, он упоминал о том, что у него есть любимая женщина на родине, Катя, кажется, и я ему не нужна. И не до детей ему сейчас. Стал бы он это рассказывать, пряча в доме женщину? Кроме того, Слав, принимая у себя женщину, мужчины не напиваются до бесчувственности, правда же?

— Да. Катя? Впервые слышу про нее. Ты следователю Шороховой об этом говорила?

— Нет. Велика важность — любимая на родине. Он на родину-то эту сто лет в обед, как ездил. Повторяю, он был пьян.

— Хорошо. Значит, предположим, в доме, кроме хозяина, был мужчина.

Лера поежилась.

— Представить страшно. Мрачный полупустой дом и сумасшедший убийца. В лучших традициях триллера. Значит, мне повезло, я, по крайней мере, жива.

— Ну, ты была в безопасности. Ты оказалась для убийцы подарком судьбы. Кстати, а ворота?

— Что ворота?

— Кто их открывал, и кто закрывал?

— Когда я приехала, ворота были открыты. Так и оставались. Потом я выехала обратно и все. Не знаю, закрывал ли он за мной?

— И все?

— Да. А ночью… меня задержали. До сих пор кажется, что это — сон.

— Токсикоз у тебя есть?

— Что?

— Ну, что там, у беременных бывает?

— А. Нет, я отлично себя чувствую. Но если я не убивала, они не смогут меня посадить. Да?

— Они уже тебя посадили. Но мера пресечения еще не избрана. Надеюсь, на арест следователь не решится. Сумеешь симулировать приступ боли в животе?

— Зачем?

— Чтобы отвезли в больницу, зачем же еще? Там у тебя в любом случае возьмут анализы и узи сделают. Беременность документально подтвердят, одним словом. Срок задержания по подозрению в совершении преступления истечет. Будет шанс остаться на свободе на период следствия. А там, уверен, повезет, найдется и убийца.

Лера думала, разглядывая ногти. Наконец, она глубоко вздохнула и отрицательно покачала головой.

— Я почти ничего не поняла. Вряд ли получится. Симулировать я не умею. Меня мама в детстве раскусывала на раз, музыкальную школу прогуливать никогда не удавалось.

— Ну, мама тебя знала, как облупленную. А здесь работают посторонние люди, которые прикрывая себя, будут действовать согласно инструкции. Поверь, они даже не задумаются. Проще свозить тебя, в твоем положении, на обследование, чем отвечать, если что.

— Я подумаю.

— Думай, ты умная. Мне пора. Не раскисай только. Все будет хорошо.

Уговаривать ее Волков не планировал, она без того в отличной форме, правильно держится, чувство юмора не утратила. Да и времени, действительно, не было. Он нажал кнопку вызова конвойного. Надо бежать на работу. Там после обеда вызваны люди, надо вооружиться на дежурство. Много нового следователь, конечно, не узнал, но встреча безрезультатной не казалась.

— Слава, — окликнула она, когда он уже повернулся, чтобы выйти.

— Что?

— Не знаю, что произошло с Костей, когда я уехала. Но был он на грани. Когда милиция ко мне домой приехала, веришь, первое, что подумалось — Костя покончил с собой. Сам с собой он этого сделать не мог? Я бы не удивилась.

В ответ Волкову оставалось лишь отрицательно покачать головой. Он вышел.

Каша под ногами заставляла совершать причудливые прыжки. Допрыгав, наконец, до автомобиля, Волков понял, что ему очень хочется есть и горячего чая. От перспективы пообедать сникерсом или пирожком из палатки, даже аппетит пропадал, ничего другого он и не успевал.

Повезло, что в УВД его ждала домашняя еда, которую он с удовольствием и съел, Марина, спасибо ей, не забыла про него. А Багтияров бы забыл.

Волков, как обещал, вооружился и даже переоделся в форму для порядка. Дежурство, которое начинается вечером, и не дежурство практически. Глотая чай с лимоном из своей основательной кружки с танком, Волков почему-то вспомнил невесомую чашку чая в кабинете Жени Шороховой и улыбнулся.

11

Неурочное дежурство нисколько не выбило Волкова из рабочей колеи. Напротив, весь вечер не было выездов и он, запершись в кабинете, с удовольствием работал с накопившимися документы, а в начале второго даже, забив на все, улегся спать на старую раскладушку.

Разбудили на выезд его уже через час. Горло першило сильнее, чем вечером. Волков надорвал пару полупрозрачных пакетиков из кальки с витамином «С», высыпал их содержимое в кружку и, разведя теплой водой, выпил. Оставшиеся четыре пакетика сунул в карман.

Спать на дежурстве приходилось в одежде, поэтому, сборы были недолгие: накинул серенький бушлат, шапку, дежурную папку с документами и ноутбуком в руки и, вперед.

«Соболек» с названием ОВД на грязном боку ждал у выхода. Снег щедро валил из беспросветной черноты неба.

— Доброй ночи, — открывая дверь авто, поприветствовал Волков находящуюся в салоне группу, представился.

Опер и эксперт, оба в гражданке, молодые, дремали в салоне. Они поздоровались, протянули руки, назвались Андреем и Юрием.

— Там хулиганка, — взволнованно начал Андрей.

«Первый выезд у него что ли? Повезло мне с напарником», сразу решил Волков, вспоминая выезд на Прохорова с Костей Сомовым и Кешей Рогозиным:

— Мы же не выезжаем на хулиганку.

— Да, чертановского следователя подтянули. Но, еще в компании парень с героином оказался, видимо нам сватать будут, сами не справятся.

Ночной клуб «Палуба» встретил группу волнами табачного дыма и полумраком. Волков с наслаждением закурил. К вновь прибывшим поспешил рыжий чертановский следователь, взъерошенный и замученный:

— Вы из округа? Отлично, — ответов не дожидался. — Я занимаюсь хулиганкой, три фигуранта! Возьмите пацана с героином. Выручайте.

— Уже и исследование наркотика готово? — удивился Волков в ответ на пространную речь.

— Нет, конечно. Так по дороге заедете. Дел-то. Вот спасибо, вот и договорились. Сейчас найду опера с материалом, чтоб в УВД