принадлежали ни к какому ковену, хотя по закону должны были.

Калиста всей душой ненавидела эту систему. В Миревии организовывать ковены запрещалось, но ковены Третьего королевства в Аргосе были для нее чужыми.

– Пошли разговоры о том, что всех созданий Миревии разделят на касты в зависимости от вида и магии. – выплюнула она слова с презрением. – На высших и низших.

– Дай угадаю. – протянула Амора. – Вид королей стал высшим.

Калиста кивнула.

– Тогда бабушка и предложила мне бежать. Когда я была ребенком, мы много путешествовали, и я знала, как добраться до человеческой стороны континента, куда приходили торговые корабли. Так я оказалась в Эсумии.

Янтарные глаза поднялись к Аморе.

– Там я познакомилась с Мелиндой. – губ коснулась улыбка, а глаза заблестели. – Она была покойной женой Рида.

Амора удивилась тому, что у пирата вообще была жена. И при мысли о том, что он ее потерял, что-то под ребрами русалки неприятно кольнуло. Возможно, поэтому он крайне редко не улыбался, подумала она.

– Потом я встретила Джонни, старшего брата Рида, и… – голос ведьмы дрогнул, и она опустила голову, коснувшись пальцами своего амулета с желтыми камушками. – Они помогли мне. Приняли меня в семью. Я обязана им всем.

Она подняла свой взгляд на русалку в ожидании реакции, но принцесса не смотрела на нее. Зеленые глаза уставились куда-то сквозь ведьму.

Северный шторм.

Амора думала об этом какое-то время. Совсем недолго, лишь краешком разума. Думать много не хотелось, потому что мысли порождали беспокойство, а этого Амора старалась избегать изо всех сил.

– Не знаю, как это возможно, но… – ее взгляд стал блуждать по комнате, а пальцы впились в деревянную столешницу.

Фина попыталась убить ее, причем дело было не в самой Аморе.

Мне жаль, что это оказалась ты.

Ее пытались устранить как новоиспеченную хранительницу. Случилось ли то же самое с Деей и близняшками Амора не знала, но понимала, что скорей всего целью было похищение медальонов.

– Не знаю, как это возможно, но думаю, Миревия собирается пересечь моря.

Потому что именно сейчас они полностью открыты.

– Бред. – Калиста тут же покачала головой. – Меривийцы не могут покидать континент.

Амора многозначительно выгнула бровь, и Калиста закатила глаза.

– Мне просто повезло, и технически я принадлежу ведьмам и Третьему королевству.

Да, истинных миревийцев не спутать с людьми. По крайней мере, большинство.

– Да, и предала ты оба королевства. – напомнила Амора. – Поэтому то и прячешься здесь. Боишься, что тебя найдут и обезглавят.

Бегство из Миревии, ровно как и бегство из Оринфа было равносильно измене и каралось смертью. Особенно, если тебя находили. Должно быть, за головой Аморы уже началась охота. И не имело значения, что она стала хранительницей.

– Я понимаю. – добавила русалка и выпрямилась, начиная снимать с себя украшения и отправлять их в сумочку. – Оринф тоже сейчас трудно назвать райским местечком. Поэтому я и оказалась на пиратском острове.

Отвязав свою сумочку с бедра, она оставила ее на столе и принялась развязывать корсет по бокам. Тот, хвала Тритону, довольно легко упал к ее ногам.

– Что ты имеешь в виду? – Калиста поднялась на ноги.

Амора не смотрела в ее сторону, когда отвечала.

– Одна из новых хранительниц сбежала, не закончив обряд. – на пол полетели сапоги, штаны и рубашка. – И теперь все морские чудовища пробудились от своего векового сна.

– Дьявол. – тут же выругалась ведьма, прекрасно понимая, что это значило для Дэмиана и его команды. – Что за безалаберное создание избрал кулон на этот раз!

Амора подавила улыбку.

– Да, и не говори. – покачала она головой осуждающе, а затем пожала плечами. – Но зато она красивая.

Амора направилась в сторону открытой двери у кровати, где находилась небольшая купальня. Растений и тут было с лихвой. Справа у стены находилось очередное корыто, то есть, ванна.

– Здесь есть водопровод. – бросила Калиста за спиной девушки.

Светлые брови сошлись на переносице.

– Есть что?

Ведьма шумно вздохнула и подошла к ванне, там покрутила какие-то штуки, и из небольшой трубы полилась вода.

Глаза Аморы округлились, но она не думала долго и тут же залезла в железное корыто, куда постепенно собиралась теплая и достаточно чистая вода. Да, пусть у людей и не было магии, но зато были мозги. Что случится, если два этих мира столкнутся?

Заметив, что ведьма не собиралась уходить, Амора улыбнулась своей сладкой улыбкой.

– Хочешь потереть мне спинку?

Калиста закатила глаза, раздраженно вздохнув.

– Почему все в этом доме считают меня служанкой? – проворчала, прислонившись плечом к дверному косяку. Ее совсем не смущала нагота принцессы.

– Из-за твоего наряда, наверняка. – Амора обвела взглядом ее серую юбку в пол и кофту без рукавов. Даже золотые браслеты не спасали ситуацию. – Ты бы еще мешок на себя надела.

Та взглянула вниз на себя.

– Я вообще убиралась и… – издала она нечленораздельный звук и сжала кулаки. – Неважно. Лучше скажи, почему помогла Дэмиану? Да, он держит тебя при себе, чтобы разузнать о Севере, но почему ты спасла его?

– Он вообще-то отпустил меня. – ответила Амора, перебирая пальцами воду. – Я просто вернулась.

На мгновение в воздухе повисла непонимающая тишина, а затем ведьма спросила:

– Почему ты осталась с ним, Амора?

Принцесса вздохнула, обхватив руками колени, и призналась в том, что всеми силами старалась отрицать до этого самого момента:

– Потому что мне некуда было пойти.

Калисте не нашлось, что на это ответить. Молча затворив за собой дверь, она сбросила магический пузырь и покинула комнату.

Амора слушала журчание воды и размышляла о том, что не смотря на беспокойство о благополучии сестер, она не хотела возвращаться назад. Чем дальше Амора была от моря, от чудовищ и от судьбы хладнокровной сирены, тем меньше ей хотелось возвращаться.

Было ли это трусостью? Возможно. Но принцессе Оринфе было лишь двадцать лет отроду и до этого самого момента ее жизнь была наполнена лишь праздностью и скукой. Ее не учили заботе о других, не рассказывали о том, что такое любовь, дружба или доброта. Но зато ее научили притворяться, играть и делать вид, что море по колено, даже когда это совсем не так.

Что-то надвигалось с Севера, и раз уж Амора была здесь, то почему бы