я не буду против, если ты немного поласкаешь мне грудь. — Терренс крепко берет Ракель за горло, пока вторая его рука располагается у нее на животе. — Поводишь по ней своими нежными ручками.

— Лучше я врежу тебе между ног, чтобы ты завыл от боли, — втянув живот, грубо отвечает Ракель.

— Позируй, малышка, позируй. — Терренс оставляет короткий поцелуй на месте за ухом Ракель. — Оставайся уверенной… Сделай так, чтобы фотограф был доволен. Чтобы он снова назвал тебя своей королевой. Ты ведь так это любишь …

Ракель ничего не говорит и просто тихо рычит, но затем нервно сглатывает и гордо приподнимает голову, продолжая позировать и закрывать глаза на то, что Терренс уверенно водит руками по ее бедрам, не стесняется целовать ее на виду у стольких людей, а в какой-то момент и вовсе пару секунд держит ее за грудь.

— Мистер МакКлайф, уже намного лучше! — одобрительно произносит Андре. — Очень хорошо! Ракель, расслабься, пожалуйста. Не будь такой напряженной.

— Будешь тут расслабленной, когда ты вынуждена работать с бессовестным козлом, который лапает тебя за грудь, — закатив глаза, бубнит себе под нос Ракель.

— Давай, детка, покажи все, что ты умеешь, — уверенно говорит Терренс. — Не заставляй всех думать, что ты бездарна.

— Ну а ты работай моделью вместо того чтобы воспринимать эту съемку как шанс снова полапать меня.

— Если бы мне сказали, я бы тебя еще и поцеловал . И как следует поласкал твою шикарную грудь.

— Только попробуй.

— Я очень хорошо умею это делать. Девчонки начинали стонать уже спустя несколько секунд.

— Со мной этот фокус не пройдет, ублюдок!

— Ар-р-р, как же ты, сучка, бесишь меня!

— Ах, это так взаимно… — натянуто улыбается Ракель.

— Ну-ка повернись ко мне лицом!

Терренс быстро разворачивает Ракель к себе лицом, крепко обнимает ее за талию одной рукой и располагает другую на ее животе, пока одна ладонь девушки оказывается на груди мужчины.

— Египетская сила, красная одежда на тебе делает меня еще более безумным, — более низким голосом признается Терренс. — Ты очень сексуальна, когда одета в красное.

— Значит, сегодня был последний раз, когда я надела что-то красное, — язвительно отвечает Ракель.

К этому моменту Андре уже буквально отчаивается сделать более-менее хорошие снимки Ракель и Терренса, поскольку, по крайней мере, один из них всегда кажется очень напряженным и ведет себя так, будто хочет поскорее отстраниться.

— О боже, похоже, это бесполезно … — устало вздыхает Андре. — Ничего не получается…

— Может получится что-то хорошее только в том случае, если будет использован фотомонтаж, — предполагает Джон, скрестив руки на груди. — Если их снять по отдельности, а потом склеить фотографии вместе.

— Боюсь, так и будет, — выражает беспокойство Серена.

— Обидно, что они так подводят нас.

— И не говорите… Не нравится мне это. Ой как не нравится…

Андре еще некоторое время пытается сделать хорошие снимки Терренса и Ракель, которые, к сожалению, получаются едва ли не ужасными из-за холодности и отсутствия какого-либо желания поработать вместе.

— Так, все, я не вижу смысла что-то из вас вытаскивать, — устало заявляет Андре и заканчивает съемку. — Давайте сделаем так: сейчас устроим небольшой перерыв, а потом я попробую снять вас еще раз. А если вы так ничего мне не покажете, то придется досрочно закончить съемку.

Ракель резко выдыхает и отходит подальше от Терренса, которого она винит в неудаче на съемках.

— Вот гаденыш, все запорол! — бубнит себе под нос Ракель.

— Вот сучка, все запорола! — со скрещенными на груди руками бубнит Терренс.

— Ну он у меня попляшет.

— Ну я ей устрою…

Несколько секунд спустя Ракель и Терренс с гордо поднятой головой бросают друг другу хмурый взгляд. А затем девушка с тихим хмыканьем резко отворачивается от него и убирает в сторону некоторые пряди волос. Быстро осмотревшись вокруг, она разворачивается и решает покинуть студию, чтобы немного побыть наедине и успокоиться. Только вот ее планам не суждено сбыться, поскольку мужчина тут же отправляется вслед за ней, чтобы серьезно поговорить с девушкой где-нибудь, где никто не увидит их и не услышит.

В этот момент их взглядом провожают практически все члены команды без исключения, а их обеспокоенные менеджеры Серена и Джон с тревогой в душе переглядываются между собой и качают головой, всерьез переживая, что эта фотосессия с участием их подопечных может закончиться плачевно, а планы добиться публикации фотографии двух кумиров молодежи могут потерпеть фиаско.

***

Ракель быстрым шагом уходит в самый дальний и тихий уголок на этом этаже, вышагивая на своих босоножках с каблуками, что тихонько постукивают после каждого контакта с кафельной плиткой. В какой-то момент она останавливается и резко выдыхает, положив руки на талию и довольно часто дыша из-за злости, которой она так одержима. Одержима по вине Терренса, который снова вывел ее из себя.

Мало того, что он практически везде ходил за ней и надоедал разговорами, так еще стал причиной, почему съемка для журнала может быть сорвана. Для нее это неприемлемо. Она – модель, которая всегда прекрасно выполняла свою работу. И еще никогда не сталкивалась с такими ужасными партнерами. Если девушке и приходилось работать с кем-то в паре, то ей встречались лишь хорошие парни, с которыми она быстро находила общий язык.

Терренс – первый человек, который сумел так легко и быстро взбесить ее. Первый, с кем ей так некомфортно работать. Первый, из-за кого ее работа на фотосессии была не настолько удачная, как бы ей хотелось. Если бы она знала, что работа с ним приведет к чему-то подобному, то предпочла бы сразу отказаться от съемок и заниматься бы своими делами, не вспоминая об этом человеке.

Спустя некоторое время Ракель слышит чьи-то приближающиеся шаги, понимает, что кто-то идет сюда, и решает найти еще какое-нибудь местечко для того, чтобы побыть одной. Впрочем, последовавший за ней Терренс очень быстро догоняет девушку и не дает ей наконец-то сбежать от него.

— Сучка! — громко и возмущенно вскрикивает Терренс. — Ты все, блять, испортила!

—