class="p1">— Какая теперь уже разница? — устало спросил я. Ворота особняка были уже совсем близко, но я понимал, что идти мне придётся ещё пару минут.

— Я пытаюсь сказать, что доволен тобой, — слегка раздражённо сказал Жнец, заставив меня повернуться к нему. С чего бы это вдруг у него начали проявляться эмоции?

— А вот я собой не доволен, — мрачно проговорил я. — Можно было подготовиться получше. Да и остальных я не до конца обучил.

— Там на стене я видел тёмного мага, — Жнец склонил голову к плечу и посмотрел на меня долгим взглядом. — Он пришёл по твоему приказу защищать стену и твои земли. Ты и вправду настоящий Вестник. Тёмные маги тянутся к тебе, а под твоим крылом даже грандмаги становятся сильнее.

— Только не говори, что тоже хочешь под моё крыло, — хмыкнул я, скрывая за юмором своё изумление. Призрак, которого призвала тень, никогда не сможет служить человеку.

— Ладно, не скажу, — Жнец издал странный звук, похожий на вздох, и растворился в тенях.

Что-то я не понял. Неужели в этом мире даже призраки действуют иначе? Это ведь довольно редкий дар, так что я в своё время изучил каждого тёмного, которого укрывала тень. Впрочем, сейчас не время для загадок.

Нужно срочно связаться с Ивониным и узнать, что там с прорывом. Если он даже вполовину меньше, чем был на территории Мироновых, то нужно срочно ехать к стене.

Едва я приблизился к воротам особняка, как навстречу мне выбежали Юлиана и Вика. Они смотрели на меня так, будто уже не верили, что я вернусь живым.

— Костя, — выдохнула Юлиана, осторожно прижавшись ко мне. Её пальцы коснулись доспехов на плече. — Как ты вообще на ногах стоишь?

— С трудом, — честно ответил я и улыбнулся сестре, которая держалась в стороне. — Что с остальными?

— Все живы, — тихо сказала Юлиана, отстраняясь от меня с явной неохотой. Она поманила за собой Викторию, чтобы не мешать мне проводить стандартный осмотр разрушений после битвы.

Я шагнул во двор и увидел, что дом остался в том же виде. Похоже, Сердце Феникса снова окружило его защитой, чтобы не дать врагам уничтожить место своего зарождения.

Феликс, Эдвард и Александр сидели на земле, прислонившись спинами к стене, и внимательно следили за округой. Заметив меня, они расслабились и прикрыли глаза. Агата дремала на коленях у Бориса, который сидел на деревянной террасе и осторожно гладил её дымчатую шерсть.

Бабушка держалась рядом с Марией, но бросала взгляды по сторонам, проверяя вверенную ей территорию. Наши взгляды встретились, она выдохнула и улыбнулась.

У казармы сидели и лежали раненые гвардейцы, а те, что пострадали не так сильно, укладывали рядами погибших на месте бывшего гаража, который был уничтожен взрывом от луча грандмага «совершенных».

— Зубов! — крикнул я во всё горло, не увидев командира своей гвардии. — Ты живой там?

— Живой он, — отозвался вместо него Сорокин. — Но это ненадолго.

Я повернулся на его голос и зашагал к казарме. Среди лежавших на земле раненых гвардейцев быстро обнаружился Зубов. Мой командир гвардии был без сознания, на его груди и животе виднелись глубокие раны.

— Грох, у нас там лечебные артефакты остались? — спросил я кутхара.

— Там всего-то пара дюжин осталась, — вздохнул мой питомец. — Я почти все выгреб, когда ты основную армию Бартенева выжег.

— Неси сюда все, что есть, — приказал я.

Через минуту в моей руке оказалось пятнадцать лечебных артефактов, которые я сразу же передал Сорокину. Демьян тоже был ранен, но не смертельно, в отличие от Зубова. Он использовал сразу пять штук на командира гвардии, а остальные раздал бойцам.

— Мне не надо, — пояснил он, увидев мой вопросительный взгляд. — Само заживёт или целителя дождусь. А ребятам нужнее.

— Понял, — кивнул я. — У нас там на стене прорыв, свяжись с Максимом.

— Не получится, — Демьян качнул головой. — У нас после этого светопреставления связи нет. Вообще никакой, даже телефоны не работают и света нет.

— Грох, — позвал я питомца.

— Да слышу я, слышу, — буркнул кутхар.

Я присел рядом с ранеными бойцами и попытался сосчитать тела погибших. Сбился на третьем десятке и бросил это занятие. Здесь ведь только те бойцы, что были ближе к особняку и успели за куполом укрыться, а сколько тех, что остались на поле и были сожжены моим пламенем и светом Бартенева?

— Да не переживайте вы так, господин, — попытался подбодрить меня Сорокин. — Ну да, есть у нас потери. Так ведь и враг был таким, какого мы ещё не встречали. Сами подумайте, кто бы вообще осилил эту армию?

— Твоя правда, — негромко сказал я. — И всё же эти люди доверили мне свои жизни.

— Они знали, на что идут, — пожал плечами Демьян. — Каждый из нас это знает и готов погибнуть за господина. Особенно, если наш господин — Вестник Тьмы.

— Вот этого не надо, — отмахнулся я. — Про Вестников, предвестников и прочую мифологию. Я граф Шаховский, этого достаточно.

Я закрыл глаза и попытался разогнать регенерацию, которая и без того работала на пределе. Да уж, сегодняшняя битва дала возможность проверить не только доспехи Ярошинского, но и моё тело на прочность. И объективно я был ещё не готов к битве с армией некромансеров. Нужно будет заняться узлами поменьше, а уже потом думать о сражениях такого масштаба.

— Таран, ты как там? — спросил я у питомца, не открывая глаз.

— Таран стал сильнее, — медленно проговорил он. — Хорошая вышла охота. Много энергии для Тарана, много энергии для папы.

— У тебя там остались ещё артефакты от падших? — удивился я.

— Грох не успел забрать, — прогудел он. — Папа сам возьмёт?

— Нет, передашь Гроху, — я вздохнул. — Мне пока в тень лучше не ходить, а то она меня и добить может.

— Тень жадная, — согласился он, а потом добавил. — Грох близко.

— Хозяин, — услышал я голос Гроха, который мчался ко мне через изнанку. — Тут такое дело.

— Нет, что бы ты там ни задумал, — я резко открыл глаза и приготовился к худшему. Зная кутхара, я мог ожидать чего угодно. Особенно после этой его