Обоз казначейства состоял из девяти телег, доверху набитых тюками с товарами и сундуками с монетами. Его действительно сопровождал отряд гвардейцев в сотню мечей и один маг. На его посохе ярко сиял огромный изумруд – признак того, что маг входит в Священную Пятерку Датныок. Коричневые плащи гвардейцев украшали вышитые серебристые мечи и стрелы, говорящие о том, что их обладатели и в самом деле проходили обучение в клане Хар-Хад.

Пока обоз казначейства продвигался по лесу, маг был начеку – поводил посохом из стороны в сторону, проверяя, нет ли засады. Да и гвардейцы не теряли бдительности. Они держали наготове мечи и прикрывались щитами от возможных стрел.

Когда же дорога, вынырнув из леса, запетляла среди полей, маг расслабился и устроился на телеге среди тюков поспать – он очень устал после леса. Гвардейцы тоже перестали рыскать напряженными взглядами по сторонам и вложили оружие в ножны. Самый опасный отрезок дневного перехода остался позади. А здесь, среди бескрайних полей и лугов, засады можно не опасаться, считали они.

Не слишком насторожились гвардейцы и тогда, когда впереди замаячило стадо овец в сопровождении пастуха, босого деревенского парнишки придурковатого вида. Стадо почти перекрыло дорогу, вынуждая обоз остановиться.

Сотник все же проявил осторожность. Застопорил обоз на приличном расстоянии от стада, а разбираться с пастухом послал двух гвардейцев. Остальным скомандовал боевое построение, на всякий случай приготовившись к внезапной атаке – под прикрытием стада могли скрываться враги. Подумал даже, не разбудить ли мага, но потом отказался от этой мысли. Волшебник и так вымотался после леса, а ведь ему еще предстояло стоять в карауле всю ночь – наиболее вероятное время для нападения.

Сотник уже не в первый раз сопровождал всевозможные обозы и успел изучить повадки разбойников. Ночь и лес – вот их излюбленные и, пожалуй, единственные козыри…

Гвардейцы привычно и слажено окружили обоз, поглядывая на стадо и вдаль, благо раскинувшиеся вокруг поля давали достаточный обзор, так что предполагаемый противник не сумел бы подкрасться незамеченным.

Тем временем пастух, понукаемый гвардейцами, заставил-таки свое стадо освободить дорогу, и обоз вознамерился тронуться дальше. Сотник успокоился и скомандовал своим людям отбой тревоги. Солдаты перестроились в походное построение, продолжая бдительно поглядывать вдаль, но ни один из них не догадался опустить голову и посмотреть, что же творится под самым носом…

…Обоз не успел возобновить движение, когда вдоль дороги зашевелилась трава. Словно из-под земли стали выскакивать вооруженные люди с перепачканными грязью лицами.

«Разбойники! Но откуда они взялись?! Неужто… В ямах сидели, а сверху травой маскировались!.. Хитрецы!.. И ведь не лень же было столько ям копать…» – промелькнула у сотника мысль.

Но сюрпризы, которые приготовил хар-хадовцам Келвин, на этом не закончились.

Среди сидящих в засаде разбойников естественно был и Темьян. Он выбрался из ямы одним из первых и тут же начал боевое превращение. Когда опешившие гвардейцы узрели обернувшегося Кабаном урмака, было поздно – Темьян со всей мощью обрушился на саарских воинов. Он перекусывал тела людей и лошадей огромной пастью, перерубал руки-ноги острым рогом-саблей, дробил кости огромной хвостовой булавой и наносил сотни болезненных страшных ран боковыми кинжалами.

Конечно, его били мечами и секирами, но толстую шкуру Кабана-оборотня невозможно пробить с одного удара, а второго шанса Темьян противнику не предоставлял.

Маг вскинулся спросонья, не понимая, что происходит. Застигнутый врасплох, он даже не сделал попытки защититься, и только тоненько заверещал, почувствовав в своих внутренностях костяной смертельный меч Кабана.

Остальные разбойники тоже не стали отсиживаться в стороне. Все из бывших воинов, они оказались не намного слабее гвардейцев и с помощью урмака быстро перебили оставшихся хар-хадовцев. Богатейший обоз оказался в руках банды Келвина.

Темьян принял человеческое обличье. Его губы и подбородок, как всегда после боя, оказались перепачканы чужой кровью. Один из разбойников привычно подал ему бурдюк с ключевой водой, помог умыться, а затем протянул заранее приготовленные штаны.

Довольные добычей разбойники двинулись к хутору Чесмана. Уставший Темьян завалился в одной из телег на мягкие тюки, собираясь поспать.

– Потише, бугай! Здесь, между прочим, люди живые лежат, – внезапно раздался из-под тюков придушенный голос.

Темьян в ужасе подскочил, обернулся и просто не поверил своим глазам: из-под отрезов с шелками сердито выбиралась… златокудрая незнакомка!

– Ну, надо же, какой ты все-таки неуклюжий, – продолжала возмущаться она. – Чуть мне все кости не переломал.

– Ты?! – только и смог выдавить в ответ Темьян.

– Какой догадливый, – притворно восхитилась девчонка.

– Кого я вижу, – раздался веселый голос Келвина. Он развернул коня и поехал рядом с телегой. – Долго же ты от них бегала, красавица. Молодец. Я-то давал тебе от силы неделю, а ты продержалась больше месяца.

– Будет и больше, рано меня хоронишь, – огрызнулась она.

– Ничуть не сомневаюсь… Нефела, – Келвин с усмешкой взглянул на девушку.

– Ты знаешь, кто я. Откуда?

– В сторожевой грамоте прочли, – ответил вместо Келвина Темьян.

– Вы умеете читать? – Нефела издевательски вскинула бровь. – Никогда бы не подумала!

Темьян только головой покачал. Ну, и язва же эта графиня! Ох, и язва!

Келвин вроде как не обратил на обидную интонацию Нефелы внимания. Он внимательно рассматривал ее словно диковинного зверька. Она по-прежнему маскировалась под мальчика: рваный картуз и бесформенная, грязная одежда.

– Темьян, – окликнул главарь урмака, – помнишь, мы встретились с всадниками джигли? Так вот. Они пришли в наш мир за ней.

– Откуда ты знаешь? – удивился урмак.

– А помнишь, я возвращался в Бугге? Я там не только к Фарберу зашел, и по другим кабакам покрутился. Послушал сплетни. Так вот, главная новость, которую обсуждают повсеместно, как раз про джигли. Говорят, они заявились прямиком во дворец графа Барконы… Так, Нефела?

– Да, – желание ерничать у нее пропало начисто. Девушка стала очень серьезной. – Два месяца назад черные всадники и впрямь объявились у нас во дворце, повергнув всех в ужас. Они о чем-то долго секретничали с отцом. А потом в его кабинете появился красивый резной подсвечник из розового нефрита с золотой свечой…

– Ого! – не удержался Келвин. – Розовый нефрит, золотая свеча!

Розовый нефрит не добывался в мире Ксантины, и откуда привозился – неизвестно. Этот камень в простонародье назывался «кровью Проклятых» и обладал невероятными свойствами. В обычном своем виде он нейтрализовал магическую силу волшебников, а обработанный особым способом, да еще в