и храпят, вы же, Ваше Высочество, шутите, ведете беседу. Это подкупает.

– А с чего ты взяла, что я веду себя так со всеми? Кто знает, может дело в тебе.

Я фыркнула. Не хотелось развивать подобную тему. Он все равно будет лгать, говорить все что угодно. Все, что захотела бы услышать любая девушка. Для Дориана это просто игра, возможность заиметь козырь – когда кто-то в тебя влюблен или проявляет симпатию, ты можешь выудить большую выгоду. Ты подчиняешь своей воле не из-за страха, а манипулируешь через другие чувства. Я знаю это. Сама пользовалась подобными грязными методами.

– Потому что легко распознать оружие, которым пользуешься сам, – сладко прошептала я и поднялась с места отыскать юбку. – У меня для вас подарок.

Стоило «Венцу престола» оказаться на столике перед тахтой, как Дориан вмиг утратил вальяжность: между бровей залегла задумчивая складка, в глазах мелькнул азартный блеск. Он взял яд со стола и покрутил в свете камина, присматриваясь, оценивая.

– Это то, о чем я думаю?

– Ага.

– Ты уже видела его в действии?

– Именно им я и убила Пряничного человечка.

Я плюхнулась на велюровые подушки, наблюдая за реакцией Дориана, продолжая обогащать дымом легкие. Он завороженно разглядывал прозрачный яд. Лишь треск огня и тиканье часов наполняли комнату.

Принц перевел взгляд на меня, растягивая губы в коварной улыбке так, что я не могла ответить ему тем же. Дориан отставил яд в сторону и притянул меня за лодыжку. Я села на него, ощущая, как низ живота вновь наливается кровью. Ладони принца скользнули по бедрам вверх к талии, даря ту лживую теплоту, в которой я и нуждалась. Все так же молча, словно тишина служила укрытием наших тайн.

Дориан ласково провел тыльной стороной ладони по моей щеке и прошептал:

– Кажется, у нас проблемы. – Я вопросительно вздернула бровь. – Предсказание Эванжелины заключается в том, что моему папаше предначертано иметь двоих наследников с геном чудовища. – Досада острым кинжалом пронзила грудь. – Саргас и Кристиан знают об этом. И никто мне не сказал.

– Но они сказали, что поддержат вас. Значит, затеяли двойную игру?

– Не знаю, но я перестраховался. Лассен отныне в курсе, что лорды что-то затевают.

– Балансируете на острие, Ваше Высочество, – констатировала я.

– Знаю, но как говорим мы в Лэндэльфе: «Кто не рискует, тот не узнает, как закончится сказка».

– Что насчет Велии? – опасливо проронила я.

Дориан протяжно выдохнул, задумчиво играясь с моими волосами.

– Я хочу, чтобы ты изготовила для меня яд, но пока использовать его не намерен. Хочу понаблюдать за лордами. Понять, что именно они затеяли.

Я скривила губы от всплеска волны недовольства, и слезла с принца. Стоило ожидать, что Дориан будет оттягивать мое возвращение в нормальный мир.

– У меня нет времени на очередные игры! – Я начала собираться, ища одежду по всей комнате. – Ночь Кровавой луны совсем скоро. Я выполнила свою часть сделки, Ваше Высочество. Почему просто не использовать «Венец» хоть сейчас, а лордами заняться после?!

Дориан нервно закурил и откинул голову назад, устремив взгляд в потолок. Мой захмелевший разум сам подкидывал ответы на этот вопрос. Но хотелось, чтобы принц произнес их вслух, чтобы этот сукин сын признался.

– Если я взойду на престол без заведомой поддержки лордов, это может привести к расколу. Эти старые пердуны воспользуются моментом смены власти и пустят козыри в ход. А я привык знать какие карты на руках противника.

– Мне стоит напомнить, что дальнейшая грызня за власть меня не касается?

Дориан выдохнул густой дым и заговорил скучающим тоном, продолжая рассматривая что-то на потолке:

– Давай представим: предположим, завтра мой отец отведает «Венца», и я стану королем Лэндэльфа и всего Пентамерона. Возможно, я даже успею открыть для тебя врата раньше, чем лорды объявят мне шах и вонзят перо под ребро. И что потом? Да, ты в мире людей, но ты – никто. Что будешь делать? Опять воровать и бегать от властей? Влача свое существование в страхе, что тебя в любое время могут посадить за решетку? Или вновь перейдешь дорогу влиятельным людям? Я в курсе, чего тебе стоила однажды подобная ошибка. Хочешь повторить?

Я сама не заметила, как стала медленней затягивать корсет. Дориану удалось завладеть моим вниманием и посеять зерно сомнения.

– Вы не учли того факта, что меня скоро казнят. И что вы предлагаете?

Принц медленно опустил голову, как можно дольше сохраняя интригу, сея хаос в моей голове.

– Есть мысли на этот счет. И если ты останешься со мной до конца, поможешь устранить угрозу… Твои навыки, твой острый ум слишком ценны. Только глупец не воспользуется подобным подарком судьбы. – Дориан цокнул языком, словно пробуя меня на вкус. – Что, если я повышу ставки и мы пересмотрим договор?

– Допустим. – Я резко дернула ленты, утягивая талию.

Принц поднялся и медленно обошел сзади, под предлогом помочь управиться с корсетом. Он с привычной притворной заботой убрал мои волосы на одну сторону, обнажая для себя клеймо, и нежно провел по шраму. Едва, лишь подушечками пальцев, припустил лямку и защекотал дыханием плечо:

– Продолжи обучение у Пойзона, помоги мне, и когда я взойду на трон, наделю властью, которую ты попросишь. Слуги, земли… Может, захочешь войти в число моих советников? – Он обжег поцелуем шею и продолжил шептать искушающие речи: – Ты в любое время сможешь покидать земли Пентамерона. Только попроси. Выбор за тобой – быть никем в мире людей или властвовать в стране сказок.

По телу пробежала волнительная дрожь, не столько от его интимных касаний, сколько от пробудившегося азарта. Он играл на моих слабостях, фантазиях, самолюбии, обращал их против.

– Слишком мягко стелите, Ваше Высочество. На самом деле у меня нет выбора? Просто сейчас вы хотите договориться по-хорошему.

Вновь поцелуй, ласка рук. Я ощутила на шее тяжкий вздох. Принц притянул к себе за талию, демонстрируя свое желание.

– Такая догадливая… Даже не оставляешь времени для игр.

– Нет настроения подыгрывать, – прошептала я и хотела отстраниться, но он усилил хватку.

– Останься еще.

– Это приказ или просьба? – спросила я, ожидая жжения в клейме.

– Просьба, – помедлив секунду, ответил принц.

– В таком случае я пойду. – Я развернулась, чтобы видеть его лицо и присела в шутовском книксене. – И благодарю за эту незабываемую ночь.

Прихватив недопитую бутылку, я вышла из покоев той же дорогой, что и пришла.

Хоть предложение остаться на ночь и могло показаться заманчивым, но Дориан добавил слишком много дегтя в эту бочку меда. Я не поверила ему. Ни единому его слову. Власть? Земли? Чушь собачья!