Пока снижаюсь, что–то стукнуло по броне прямо перед носом! Следом ещё два раза, а затем вообще забарабанило, будто в град попал! Вижу полупрозрачные ледышки, которые в меня летят из раскрывшихся «кратеров». Приземляюсь рядом с первым! А из дыры паук белый выбирается с тонкими лапками. В полный рост метра два, а для меня сейчас жалкий коротышка. Башка высовывается безобразная, лапки ко мне потянулись.

Сжимаю рукоять посильнее, ударом наотмашь срубаю и лапки, и часть башки очень даже легко. А вот по «кратеру» клинок вскользь проходит, как по прочному металлу.

Не успел опомниться, дюжина пауков уже вылезла из других нор и на меня рванула. Стали прыгать, как полоумные прямо на клинок, которым я замахал поспешно! Посыпались лапки, жижа розовая потекла и забрызгала мне обзор.

С крыш полезли, на Медведя сверху прыгать начали. Тварь одна вцепилась, заскрежетало над головой противно. Педаль в пол! Поддал тяги, взлетая. Сбросил троих с высоты десятиметровой, и вдребезги! Заодно оценил сверху, как их много вылезло.

Рванул обратно, падая прямо на брюха и головы. Зазвенело и затрещало, раскалываясь, завопили оргалиды мерзко, разваливаясь под могучими металлическими ногами. К встряске в кабине быстро привык, ремни хорошо держат. Да и конечности в гнёздах помогают фиксации тела.

Машу руками под всеми углами, изрубая гадов. Кошу, как коса высокую траву на сено. Или повар на салат. Дышу в кабине ртом, будто уже на третьем километре, обдув едва спасает. Верчу головой больше положенного. Похоже, переволновался.

А теперь выдыхаю с облегчением.

Пауки хрупкие и глупые, лезут и лезут, сыплются, жижей обдавая. Хрипят противно.

Сзади всё же пытаются подкрасться и получают. Двое вцепляются в крылья, а я ими как ножницами, хрясь, хрясь, только стекляшки летят, и вяканье чуть ли не в ухо раздаются.

Ещё пять–семь минут и твари заканчиваются. Остаются ещё те, кто не сдох под грудой тел товарищей.

Задымились дома, загорелись, как солома! Отступаю, снова взмывая в небо. И вижу, как по полю огромный паук бежит к гнезду! Метров пять в высоту тварь, эта внушительная и пострашнее будет. Шкура голубым отдаёт. Лапища, как стволы деревьев, ряха страшная метр в ширину.

Проморозило грудь со страха. Выдохнул. Не дрейфь, Сабуров! Зубы сжал, руки на гашетки.

Вспоминая, как на скаку саблей рубил, также клинок выставляю и лечу навстречу. Работаю ногами, а поддавая тяги начинаю прямо–таки скользить по траве. Прицеливаюсь в голову с множеством глаз и восемью желваками, размером с бивни слоновые.

Но сразу достать не удаётся, мешают высокие в изгибах лапы, которые он чуть вперёд подобрал, чтобы меня встретить. Поэтому резко ухожу от столкновение влево и выбрасываю в сторону руку уже до отказа.

Клинок с критическим треском проходит их, срубая две. Обозначаются точки повреждений на панели, чёрт, напоролся на броню! От встречи с противником сотрясает, и даже импульс проходит острой болью до локтя. Но я терплю!

Делаю вираж и запрыгиваю уже сверху на покосившуюся тварь, вонзая лезвие в башку! Пробивает на ура, заодно прекращает ужасающий рёв. Клинок выходит снизу и вгоняется в землю, потому что чуток перестарался. Зато пригвоздил! Но «паук» продолжает дёргаться. Не раздумывая, вторым клинком отсекаю голову полностью. В районе шеи лезвие входит легко. А затем стряхиваю мерзкую харю с первого клинка. Тяжёлая, зараза.

Всё сдох. Первый голубой оргалид готов.

Ещё два голубых «паука» мчат с того же направления! Эти массивнее, ноги толще. И теперь я понимаю, что конечности рубить не стоит. По крайней мере, в тех же местах.

Спешу навстречу, снова скользя по земле, и пользуясь тем, что один монстр отстал. Разгоняюсь и вижу, как оргалид встречает, выставив сильно вперёд остроконечные, шипастые лапы прямо острыми концами, на которые есть риск и насадиться!

А меня, чёрт возьми, уже несёт по инерции! Прыгаю за десять метров до твари, поддав немного, как Агни делала. Миную конечности, поджав механические ноги, и выбрасываю клинок вниз! По панцирю лезвие со скрежетом проходит, но дальше вспарывает мягкое брюхо! Визг врезается в уши иглами, через приборы меха, похоже, он ещё больше усиливается.

Ранив второго паука, спешу к третьему на возне азарта.

Учитывая прежнюю ошибку, торможу резче, делаю выпад вправо, сильно отталкиваясь от грунта, и взлетаю выше! Монстр, ловивший меня сверху, промахивается. А я, надвигаясь сбоку, полосую по уязвимой шее! Башка не отваливается едва–едва, но тварь всё равно оседает поверженная.

Дорубаю быстро и хладнокровно, только осколки летят, шипя на траве. И лечу добивать второго. А тот бедолага уже жижей розовой истёк, кружится, видимо, меня потерял из виду.

— Что, гадина? — Злорадствую, наступая. — Не ожидала? Не только вы можете нападать, когда вздумается! Твари поганые!!

Замер монстр. Смотрит на меня удручённо. А я прямым выпадом клинок прямо в рот вгоняю. Ещё с силой рукоять сжимаю в кабине, до боли противной. Сам не знаю почему.

Закашлял гад, лапой попытался отбиться. Рубанул я по сегменту, отлетела конечность легко. Ха! Вот где собака зарыта.

Разделал, прикончил.

Пауки белые ещё откуда–то взялись, вообще мелкие, меньше метра высотой. Раздавил, как тараканов.

Три голубых оргалида прибил. И даже не устал.

Не думал, что во мне столько жестокости таится. Не ведал, что радоваться их боли буду.

За смерти людей так и надо. Чтоб вы все подохли, нелюди.

Ещё три «паука» из леса вышли осмотреться. А в небе из пяти точек выросли воздушные твари. Похоже, всполошил я их не хило.

Но мне не страшно. Я жажду встречи! И атакую сам!! Из трёх «пауков» лишь один голубой, остальные белые, никчёмные и слабые. А этот ещё пытается сам наскочить, размахивая лапами. Несколько точных ударов, и посыпались культяпки с ледышками. Удар с прыжка по голове, и тварь теряется. Поддаю тяги, меняя вектор крыльев, и делаю резкий поворот, уходя от пикирующей гигантский «птицы».

За секунду успел, чуть сердце не выпрыгнуло от внезапного страха!!

«Паука» сносит атакующая тварь с неба! Какая досада для обоих. Пока они приходят в себя, ищу новую цель. А цели ищут меня.

Целых шесть голубых «птиц» надвигается!! Узкие морды, когтистые задние лапы, перепончатые крылья… всё неплохо отделяется клинком. Пусть теперь мне приходится шевелиться быстрее. Несколько раз сшибают с ног. Теряю один клинок, но цепляюсь уже руками, изламывая клювы и разрывая рты.

Радар показывает всё новых и новых оргалидов, а я только рад!

— Идите сюда, суки!! — Кричу и рублю от души, встречая атаку.

Сверху налетает очередная тварь, вцепляясь в корпус. Сшибает с