она злилась на меня все сильнее. Сопротивлялась всем моим попыткам сблизиться с ней. Она была словно птица, которую я упрямо держал в руках, боясь разжать пальцы. И чем крепче я сжимал, тем яростнее она билась.

Я сидел рядом, вглядываясь в ее лицо, освещенное мягким светом лампы. В спокойствии сна ее черты становились мягкими, почти детскими, и я, как дурак, ловил себя на мысли, что хочу видеть ее такой всегда – без страха, без гнева, без боли, которую я сам ей причинял.

В груди было тяжело и пусто одновременно. Я знал, что не имею права держать ее возле себя. Знал, что давно надо было все ей объяснить. Про дядю и второго принца. Про договор, который я пытаюсь заключить с наследным принцем.

Но каждый раз, когда встречал ее взгляд – полный недоверия, обиды и разочарования, – мой язык цепенел, а сердце сжималось в кулак. Я боялся, что, если открою правду, она уйдет не оглядываясь.

Я упрямо пытался удержать ее, надеясь, что смогу изменить ее чувства, переломить, заставить остаться. Но разве так поступают с теми, кого любят?

Она уже поняла, что я Бао Фэн Ю. Страх, который раньше сковывал ее, потихоньку начал ослабевать. Но я все равно боялся, что она увидит мою темную сторону и вновь испугается.

Я провел рукой по ее волосам, осторожно, будто боялся разбудить. Они пахли полевыми травами и чем-то родным, ускользающим, как тепло после дождя. Как бы мне хотелось остаться с ней рядом и никуда не уходить.

– А-Нян, – шепнул я почти неслышно, – если бы ты только знала, как сильно я хочу тебя отпустить… но не могу.

Пальцы сжались в кулак.

Я думал, что справлюсь. Что смогу сдержать этот хаос, что бурлил вокруг нас. Но в этот миг я понимал, что самыми большими врагами для нее были вовсе не те, кто, как мне казалось, мешал нашему счастью. Ее врагом был я.

Я еще некоторое время сидел, не отводя взгляда от ее лица. Она спала так тихо, будто мир вокруг перестал существовать. Я жадно впитывал каждую черту – изгиб губ, чуть нахмуренные брови, пушистые ресницы, которые дрожали во сне. Хотелось остаться, остаться здесь навсегда и забыть обо всем, что ждет меня за этой дверью. Но я знал – стоит мне задержаться еще хоть на минуту, я не смогу уйти вовсе.

Тихий стук в дверь вернул меня в реальность. Ли Шию уже ждал снаружи.

С неохотой я поднялся. Последний раз склонился к А-Нян, чтобы поправить одеяло, и задержал на ней взгляд, будто хотел запомнить ее именно такой – спящей, беззаботной, далекой от того, что происходило вокруг.

Шаги мои были неслышными, когда я вышел за дверь. Ли Шию поклонился.

– Все готово, генерал, – тихо сказал он.

Я молча кивнул. Сегодня должна решиться часть моих проблем. Я должен постараться ради А-Нян и нашего будущего. Если только я уже не успел все испортить…

С тяжелым сердцем я покинул комнату и приказал страже внимательнее следить за всем, что происходит на территории поместья. Люди, которых я отобрал для охраны, были способными и верными, но я все равно переживал за безопасность жены.

Мы быстро покинули внутренний двор и пересекли сад, стараясь не привлекать внимания. Слуги в это время еще спали, охрана у ворот была предупреждена, чтобы не задавать лишних вопросов.

Ночь выдалась теплой, но я все равно чувствовал холод, ползущий под кожу. За пределами города в небольшой придорожной таверне меня ждал человек, ради которого я нарушал все, в чем когда-либо клялся.

Мы сели верхом. Лошади быстро и бесшумно несли нас по темным улочкам за город, в сторону старого тракта, где среди редких деревьев стоял небольшой обветшалый постоялый двор.

Пламя фонарей освещало вход. Во дворе было тихо – все гости спали или притворялись, что спят. Ли Шию спешился первым и коротко кивнул мне.

– Нас уже ждут.

Спешившись, я задержался на мгновение, всматриваясь в светлые окна второго этажа. Где-то там, за стенами города, оставалась А-Нян. А здесь – мой долг, моя верность и выбор, который мог стоить нам обоим жизни.

Стянув перчатки, я поднялся по деревянной лестнице. От моего внимания не укрылись люди, которые следили за моими передвижениями. Скорее всего, это была охрана. Если что-то пойдет не так, они сделают все, чтобы избавиться от меня и защитить своего господина.

На втором этаже было немного комнат. У одной из них оказались открыты двери. Меня и правда уже ждали.

Я вошел в помещение, здесь сладко пахло сандалом и дымом лампадок. Человек, который должен был изменить мою судьбу, стоял у окна спиной ко мне. На столе была расстелена карта, рядом стоял чайник с остывшим чаем и лежали несколько скрученных свитков.

Мужчина обернулся, когда я вошел.

– Генерал Се, – спокойно произнес он. – Ты наконец пришел.

Я опустился на колени и приложил кулак к сердцу.

– Ваше Высочество, я здесь, чтобы отдать вам все, что у меня осталось. Мое имя, мою жизнь и мое войско.

Наследный принц смотрел на меня с легким любопытством. Он был младше меня, но в его глазах читалась расчетливая мудрость человека, который давно уже утратил право на юность. Впрочем, в императорском дворце по-другому было нельзя. Там, среди интриг и козней других наследников, приходилось рано взрослеть.

– Встань, генерал Се, – мягко, но повелительно сказал он. – Сегодня ты сделал правильный выбор.

Я поднялся на ноги, но спина моя оставалась прямой, как у солдата перед вынесением приговора.

Принц жестом указал на низкий стол.

– Присаживайся. Нам нужно обсудить детали.

Я подчинился. Ли Шию молча стоял у двери, словно тень. Принц взял со стола свиток и развернул его передо мной. Там были все данные о том, какими силами обладал второй принц – главный противник наследного принца.

– Сведения, что ты передал мне, бесценны, – сказал наследный принц, внимательно наблюдая за мной. – Подробности о тех, кто заключил сделки со вторым принцем, информацию о делах военного министра… Все подтвердилось. Ты рисковал головой, чтобы собрать их. Не думай, что я этого не ценю.

Я молча кивнул. Это не было жестом благодарности – скорее подтверждением сделки, в которой я сам стал товаром.

– Мы оба знаем, генерал Се, что сейчас Поднебесная стоит на грани хаоса. Ты был на стороне второго принца, и у вас были неплохие шансы победить в надвигающейся войне. Но ты выбрал меня. Почему? – Он вопросительно склонил голову.

Я встретился с ним взглядом. Не отводя глаз, ответил:

– Если я скажу, что дело в