Дракхэрроу, но у меня ничего не получилось. — Я пыталась спросить Навина о Фестивале Ледяного огня, но он сказал мне спросить тебя. Он высокого мнения о тебе, Флоренс. Каково это — иметь друга, который тебя так обожает? — я решила рискнуть немного подразнить её.

Она рассмеялась. — Навин глупый. Он, вероятно, мог бы дать тебе такой же хороший ответ. Что ты хотела знать?

Я на мгновение задумалась. — Пока Ледяной Огонь кажется таким… Я не знаю. Мило? Уютно? Совсем не похоже на традицию Высокородных. Хотя Навин упоминал, что нам придётся посетить Храм Кровавой Девы.

— Да, это правда. Флоренс прикусила губу. — От нас ждут кровавого жертвоприношения.

Я нахмурилась. — Как в день твоих именин? Почему ты никогда не рассказывала мне об этой традиции?

— Наверное, я даже не думала об этом. Иногда я забываю, что ты ничего не знаешь о Санграте, Медра. Даже самые незначительные вещи, такие как то, как мы празднуем наши именины, для тебя в новинку.

— Сдача крови Высокородным в день своих именин не кажется мне большим праздником, — сказала я с содроганием.

— Ну, мы не даём её конкретно одной Высокородной. Мы предлагаем её Служанке Крови, — ответила Флоренс.

— Я всё ещё не понимаю, кто такая на самом деле Служанка Крови. Какая-то богиня?

Флоренс кивнула. — История гласит, что когда наш мир был новым, полубогиня — наполовину смертная, наполовину божественная — пожертвовала собой и позволила пролиться своей крови, чтобы спасти мир. Но её семья была полна решимости избежать её участи. Её мать, отец, братья и сёстры окунули голову в её кровь и выпили. Она спасла их, и им было даровано бессмертие.

— Они украли её кровь, обманули смерть, потому что были слишком эгоистичны, чтобы помочь ей спасти мир, и были обращены в вампиров, — перевела я.

Флоренс поморщилась. — Это один из способов взглянуть на это. Я бы никогда не стала обсуждать эту интерпретацию на занятиях профессора Хассан.

Я рассмеялась. — Я запомню, что этого не следует делать.

— Как бы то ни было, некоторые из братьев и сестёр полубогини отказались пить её кровь.

— Я их не виню, — бесполезно вмешалась я. — Отвратительно.

— Грубый, но мощный, — возразила Флоренс. Я подумала о том, что сказал Навин. О том, что Флоренс лелеяла большие амбиции и, возможно, была бы счастлива, если бы её выбрали сожительницей Высокородного. Мне стало интересно, правда ли это. — Братья и сёстры, которые не пили, оставались смертными. Низшая форма жизни.

— Блайтборн, — подсказала я.

— Верно. Сначала на них смотрели свысока. Затем последовали истории, которые вы уже слышали на занятиях профессора Хассан.

— Высокородные были спасением рождённых мором, — я фыркнула. — Я помню.

— Независимо от того, во что ты веришь, — продолжала Флоренс, — Высокородные и блайтборны почитают Служанку Крови. По всей Санграте есть храмы, посвящённые ей. Некоторые женщины даже поступают к ней на службу и проводят там всю свою жизнь, — она бросила на меня любопытный взгляд. — Вы знали, что мать Блейка Дракхэрроу находится в Святилище?

— В храме? — удивлённо переспросила я. — Нет. Откуда мне было это знать? Почему?

Я была удивлена, что женщина из такой влиятельной семьи и Дома предпочла вести уединенную жизнь.

— Когда её муж умер, она ушла из семьи. Насколько всем известно, именно туда она и отправилась. В Святилище Кровавой Девы. Самый священный храм в Санграте. С тех пор её никто не видел. Я предполагаю, что Блейк и его семья каким-то образом поддерживают с ней связь.

— Мне не нравится, что мне приходится сдавать кровь в этом месте, — сказала я со стоном.

— Всё не так уж плохо. Вот увидишь. Мы с Навином можем пойти первыми. Ты можешь наблюдать… за нами… — Флоренс зевнула.

— Нам нужно лечь спать, — сказала я виновато, вспомнив, как усердно она занималась. — Тебе нужно отдохнуть.

— Звучит заманчиво, — мечтательно произнесла Флоренс.

Некоторое время в комнате было тихо. Затем она заговорила снова. — Как ты думаешь, с кем мне пойти, Медра?

— С Навином, — быстро сказала я. — Тебе будет весело с Навином.

— Я уверена, что ты права, — она снова зевнула. — Хотя, возможно, он пригласил меня только потому, что думал, что никто другой этого не сделал. У него дома была девушка, ты же знаешь.

— Я знаю, — сказала я. — Но они расстались, верно?

Но ответа не последовало. Флоренс уснула.

Ещё через несколько минут я сделала то же самое.

В ту ночь мне больше не снились драконы.

ГЛАВА 37 — МЕДРА

Прошло несколько недель. Экзамены зимнего семестра пришли и ушли.

Я сдала всё. Даже удивила себя некоторыми отметками. Я получила «похвально» по Реставрации у профессора Родригеса. Похоже, он был удивлён не меньше меня. Магию исцеления я всё ещё не освоила, но теория была захватывающей, и я была рада продолжить работу по Алхимии в следующем семестре. Я получила высший балл по Основам боя для блайтборнов — «отлично», и ещё одно «похвально» по Усовершенствованному вооружению у профессора Шанкары, что я сочла более чем справедливым, учитывая инцидент с Блейком.

Единственным уроком, где я получила предпоследнюю отметку — «W» за слабость, — была История Санграты. Уроки были захватывающими, профессор Хассан знала своё дело, но она возненавидела меня с первого дня, когда я опоздала. Как бы я ни старалась держаться в тени и как бы усердно ни работала над эссе, ничего не менялось. Она даже завалила меня на одной работе, обвинив в плагиате. Так что я была взволнована тем, что в итоге всё же получила «отлично». Это было лучше, чем полный провал.

Все оценки Флоренс были блестящими — впрочем, неудивительно. Навин тоже был доволен, хотя не показывал их нам.

С тех пор как Флоренс приняла его приглашение на бал, он выглядел слегка взвинченным. Но я списала это на нервозность перед Танцами самой длинной ночи: он волновался не только из-за своего сольного выступления, но и из-за того, что теперь Флоренс будет рядом с ним, под руку.

С ночи второго землетрясения мои сны изменились. Блейк исчез. Его заменил дракон.

Все сны были почти одинаковыми. Кровавое Крыло рушилось вокруг меня. Иногда я бегала по коридорам, пытаясь спасти Флоренс, Навина, Вона или других случайных учеников-блайтборнов. А в это время из-под обломков поднимался огромный дракон с массивными хлопающими крыльями, не переставая рычать.

Было ещё несколько подземных толчков, но они происходили днём, и Флоренс была права — никто из профессоров не казался особо обеспокоенным.

Подошёл последний день семестра. Время обеда. Мы с Флоренс шли по коридору в сторону трапезной, моё дыхание вырывалось