Далее последовал путаный рассказ, о том, кто такие Истинные, откуда они взялись. Как оказалось, взялись с востока. В смысле, с Азии. С Китая и прочих Японий с Кореями. Почему? Исторически так сложилось. Концентрация людских масс там больше, значит и Истинных там больше в абсолютном исчислении! Там они осознали себя… там объединились в Службу карантина… оттуда распространились по всей Земле.

Выслушав этот мутный поток сознания, я досадливо почесал затылок:

— Сама-то поняла, что сказала? Самоосознали себя… Бред какой-то!

— А тебе чё, блять, историк? — рассердилась Мира, — лекции ему тут читаю, время трачу, а он еще недоволен! Тебе не пофиг, откуда что взялось? Само насралось! Прими как данность — существует носитель паразита, существует Служба карантина, как инструмент борьбы с ним. Ты — наблюдаешь и выявляешь. Я — уничтожаю. Чё не ясно?

— Все неясно, — буркнул я, — чей инструмент? А Наставники, они кто?

— Кони в пальто! У них и спрашивай, кто они…

Я терпеливо молчал, зная про её отходчивость, и она продолжила:

— Ладно… никто не знает в чем их сущность, но они что-то вроде разработчиков. Устраняют уязвимости, фиксят код, а если нельзя исправить, откатывают систему.

— Так может, это они все создали, включая вас? Типа, как боги.

— Медвежонок!.. — Мира уже перестала злиться, смотрела на меня, миролюбиво улыбаясь, — запомни: Наставники — они для вас наставники. Для Наблюдателей. Нам они не указ! Мы, Истинные — сами по себе!

Ой, ли, — подумал я, — сама-то ты в это веришь? Ладно, похоже и впрямь, в процессе придется разбираться.

— Еще вопрос можно?

Она милостиво кивнула.

— Почему я не вижу никакой информации о тебе?

— А какой у тебя административный статус? Единичка?

Я кивнул.

— Вот и ответ на твой вопрос, — усмехнулась она, — нос не дорос. А что тебя интересует? Ты спроси, может сама отвечу.

— Ну, например, сколько тебе лет?

Девушка театрально закатила глаза.

— Господи! Ну почему мужиков всегда так интересует возраст тех, кого они трахнули? Допустим, мне двадцать два… — лукаво подмигнула, — уже двести лет — двадцать два. Чего глаза выпучил? — она расхохоталась. — Да шучу, шучу. Двадцать восемь — хорошо сохранилась?

Я кивнул, отставил чашку и бодренько заявил:

— Готов приступить к исполнению обязанностей! С чего начать гражданин начальник?

— А вот с этого и начинай, — она ткнула пальцем в сторону ноутбука.

***

Ноутбук был защищен паролем на BIOS, системным паролем, а кроме того, диск с данными был еще и зашифрован. Неизвестно каким образом, но все три пароля сами всплыли у меня в голове.

— Ничего удивительного, — сказала на это Мира, — браслетик-то Климонтовича. Напялив его, ты получил доступ к облаку с информацией.

Она сидела на подоконнике, опираясь спиной на раму открытого окна. Выставив наружу руку с дымящейся сигаретой и закинув ногу на ногу, молча наблюдала за чем-то во дворе.

Следующий час прошел в беспредметном ползании по директориям ноутбука. Никаких ощутимых результатов, это не принесло. Ноутбук, как ноутбук. Операционка — стандартная винда. Из программ — ничего выдающегося, тоже стандарт. Папки с файлами: фотографии, фильмы, пара игрушек… не богато, в общем. Большой текстовый раздел, с архивами. Справочные пособия на различные темы. Какие-то статьи, надерганные из разных журналов и газет…

— Это не надерганные, это его, — поправила Мира, — он был профессиональным журналистом.

— Так, — остановился я, — с этого места поподробнее. А то я тут вроде дела принимаю… а кем, собственно, был безвременно погибший, и знать не знаю!

Мира посмотрела задумчиво, затем достала из заднего кармана шорт, флэшку и протянула мне.

— Теперь имеешь право ознакомиться. Файл "Климонтович".

Флэшка Миры

Фамилия, имя, отчество: Андрей Михайлович Климонтович,

Национальность: русский,

Дата рождения: 8 сентября, 1934 г.

Место рождения: г. Ленинград,

Мать: Инна Леопольдовна Климонтович (урожденная Елецкая), домохозяйка, умерла при родах.

Отец: Михаил Николаевич Климонтович, летчик полярной экспедиции, погиб в 1942 г. при обороне Мурманска от фашистских оккупантов.

Андрей с самого рождения воспитывался бабушкой — Еленой Елецкой, матерью Инны Леопольдовны. Отца он видел редко, во время его кратковременных приездов в Ленинград из Арктики. Бабушка умерла от голода и холода в ноябре 1941, а семилетний Андрей, оставшийся сиротой, был эвакуирован из блокадного Ленинграда по дороге жизни, в январе 1942 г. Детский дом, в который поместили Андрея, находился в Ульяновской области. В 1946 году его забрала к себе тетя, жившая в Казани, работавшая художницей на оптико-механическом заводе. В Казани он жил до 1951 года. После окончания средней школы с золотой медалью, Андрей, проявляющий значительные способности к точным наукам, приехал в Москву с целью поступления в ВУЗ. После успешной сдачи экзаменов, летом того же года, он поступил на Физический факультет Московского государственного университета. В 1957 году Андрей с отличием закончил МГУ, по специальности Физика элементарных частиц. В этом же году, он был зачислен в аспирантуру при только что организованной Кафедре нейтронографии МГУ (г. Дубна), по окончанию которой в 1960 году защитил кандидатскую диссертацию. После защиты остался работать на Кафедре в должности доцента. Тогда же стал проявлять интерес к журналистике, публиковаться в различных периодических изданиях научно-популярного содержания. Стал внештатным корреспондентом и начал писать очерки для журнала "Вокруг света", в связи с чем много ездил по стране. В 1963 году, Андрей Климонтович женился на Виктории Алексеевне Яковлевой, 1940 года рождения, русской, аспирантке Кафедры нейтронографии. В декабре 1964 года, управляя автомобилем «Волга», принадлежавшим тестю, Климонтович стал виновником аварии, повлекшей человеческие жертвы. Погибли трое человек, в том числе жена Климонтовича, находившаяся на девятом месяце беременности. Сам Климонтович отделался ушибами и переломом нескольких ребер. По приговору суда, он был осужден и приговорен к девяти годам заключения в колонии общего режима. Во время этапирования к местам заключения, на пересыльном пункте в Красноярске, Климонтович был завербован Наблюдателем Снеговым Ф. Л. личный номер 6430997, по согласованию с Истинной региона Западная Сибирь.

Тесты показали уникальные способности Климонтовича к аналитической деятельности. После вербовки он был изъят с этапа, а его уголовное дело и все документальные упоминания о его личности уничтожены. Пройдя активацию (коэффициент гармонии 25 %) Климонтович был направлен в регион "Юг", Ростовскую аномальную зону для стажировки и последующего прохождения службы в качестве Наблюдателя. С 1964 по 2000 год Климонтович работал в Ростовской группе Наблюдения. Возглавил ее в 1975 году. За время работы группой было выявлено 34 активных и около 100 пассивных носителей (под руководством Климонтовича 29 активных и приблизительно 70 пассивных). В 2000 году переведен в регион "Западная Сибирь" для создания групп наблюдения во всех крупных региональных центрах. На момент своей гибели