знаешь такая вполне себе милая, малокомплектная сельская школа. Когда еще работал там познакомился со своей будущей первой женой. Она москвичка, приехала в Лучанск, на лето к родственникам. Ну и как-то на пляже и столкнулись. Звали ее Галина. Прожили мы с ней одиннадцать лет. Это был мой самый счастливый брак. Правда понял я это, спустя годы. Кстати Галина очень сильно напоминала мне тебя. И внешне, да и пожалуй внутренне.

— А почему развелись?- спросила меня Сомова.

— Почему развелись? Да черт его знает почему. По глупости наверное. Главным образом моей. Галина была такая деловая женщина, в девяностые рискнула пуститься в плавание по морю бизнеса, организовала свою фирму, меня туда пристроила. И знаешь дела постепенно пошли на лад. Галина стала много зарабатывать. Жили мы в материальном плане не плохо. Конечно не олигархи какие- ни будь, но не плохо. А меня со временем, словно какой-то червь стал точить. Ощущал себя словно не полноценным по сравнению с ней. Мол на побегушках у собственной жены. Она меня все успокаивала, а я напротив, только заводился. Ревновать ее начал. Потом из фирмы ушел. Ну и по коньячку начал ударять. Галина долго все это терпела, а потом постепенно как-то начала отдаляться от меня. А я как то психанул и заявил, давай мол разведемся. А она подумала да и согласилась. Да-а, это потом я понял кого потерял. А тогда даже рад был. Вот она свобода! Тем более, что Галина мне при разводе квартиру оставила. Детей мы не нажили, а значит алименты мимо! Работу высокооплачиваемую вскоре нашел. Чем не жизнь! Это потом я понял какой дурак был.

— Похвальная самокритика, — заметила Алена, и, что же было дальше?

— А что дальше? Дальше, я вскоре вновь женился. Вторая моя жена была полной противоположностью Галины. Такой вариант той самой Лидочки с филфака. В плане истеричности. А в плане блудливости- ее полная противоположность. Законченная ханжа. Полностью фригидная к тому же. Хотя при первоначальном знакомстве этого сказать было совершенно нельзя. С ней я прожил шесть лет и в итоге развелся, вернее сказать сбежал от нее с жутким скандалом. Хотел к Галине вернуться, знал, что она после развода со мной замуж так и не вышла, да поздно было. Умерла моя Галина. Острый лимфобластный лейкоз. До сих пор себя ее убийцей чувствую.

Я замолчал. Молчала и Алена. Так молча мы шли некоторое время. Потом я продолжил:

— И вот очень часто я вспоминал тебя, жалел, иной раз страшно, что ничего у нас тобой не вышло. А ведь могло бы. Я это понял, когда мы тогда в той кафешке свои дипломы обмывали. Помнишь? Вспоминал, вспоминал, да так порой досадно было, что готов был голову об стенку разбить. Не знаю получилось бы у нас, что с тобой, да только попробовать непременно надо было. А я так и не попробовал. Веришь я тогда в кафешке хотел было все поправить и хотя бы номер телефона у тебя взять, да как-то не срослось.

— Видимо потому, что вместо того, чтобы взять у меня номер телефона ты очень интенсивно опрокидывал в себя рюмочки и стопочки и поэтому уже через пару часов был совершенно невменяемым.

В ответ я лишь с досадой махнул рукой, а затем продолжил:

— Я потом видел тебя еще раз. Здесь в Краснознаменске. Года через полтора. Хотел подойти, но увидел, что ты идешь с каким-то молодым человеком и так и не решился. А вот теперь мы опять встретились. Да еще и в такой необычной обстановке. Что скажешь на все это Сомова?

— Не знаю. Могу только предположить, что встретились мы не случайно. Уж не знаю где мы сейчас находимся в действительности на Земле или на небе, но то, что все это не случайно у меня не вызывает никаких сомнений.

Так разговаривая мы ходили где-то около двух часов. Наконец Алена засобиралась домой. Я как уже стало привычно, провожал ее до подъезда. В подъезде мы обнялись и долго целовались. Наконец Алена оторвалась от меня и сказала: — Ладно несчастный Анохин, так уж и быть, я пожалуй напою сегодня тебя чаем. Чтобы ты окончательно не впал в черную меланхолию. Пошли!

— А как же твои родители? Или ты хочешь познакомить меня с ними?

— С моими дорогими родителями тебе знакомится еще несколько преждевременно. Но сегодня их нет. Папа в командировке, а мама на ночном дежурстве. Она же врач. Так что пошли! Не бойся!

Позже, после всего, лежа в постели, Алена сказала мне:

— Вот, дорогой Витечка, сегодня я потеряла девственность во второй раз в своей жизни. Первый раз это произошло несколько позже. И кстати учти, я не собираюсь требовать от тебя непременно женится на мне. Как честному человеку. Одно досадно, похоже, что Вероника потеряла последние шансы на то, чтобы хоть когда-то снискать твое расположение. Мне ее очень жаль. И боюсь, что мне не избежать, не очень приятных объяснений с ней. Не хотелось бы вновь потерять свою милую подругу.

— Приезжай ко мне на Новый год в Лучанск,- сказал ей я.

— Анохин, ты что горишь желанием познакомить меня со своими предками? Ну все понятно! Ты решил женится в третий раз! И на этот раз объектом своих брачных экспериментов, ты избрал меня! Тебе не стыдно?

— Вот, что ты за язва такая Сомова? Я тебе серьезно говорю, а ты все хихикаешь!

— Если ты Витя, решил связать какую-то часть своей новой жизни со мной, то тебе придется терпеть мой нелегкий нрав. Увы, я не Вика Потоцкая. А насчет приглашения подумаю. И кстати можешь остаться ночевать у меня. Только где-то в семь утра тебе лучше будет покинуть эту обитель. Так что смотри не проспи. Ты все понял, эротоман несчастный? Или тебе повторить?

Глава 18

Как-то незаметно подошло время зачетной сессии. Мне пришлось прикладывать значительные усилия для того, чтобы более или менее успешно сдать как зачетную так и экзаменационную сессию. Дело в том, что за минувшие, после окончания мной ВУЗА, сорок лет я все-таки порядочно отвык от участия в учебном процессе и кроме того, следовало и учитывать тот факт, что в России двадцать первого века многие исторические проблемы рассматривались уже несколько под другим углом и с другой точки зрения, поэтому мне ко всему прочему приходилось очень тщательно следить за