забавы, а не потому что тебя сюда заслали узнать структуру городской власти, ради будущих диверсий?

— Клянусь, ни на кого не работаю. Я сбежал от той жизни, в которой жил. Меня хотели забрить в войска, но я пацифист по жизни.

— Все мы пацифисты, пока не прижмет. У тебя есть время подумать и рассказать, как было на самом деле. В твою душещипательную историю я не верю, значит, ты тут по делу, а того парня хотел использовать, думал, что он хочет меня шлепнуть. — Наехал на задержанного Роберт.

— Ничего я не хотел, начальник. Человек спросил, я ответил.

— Ну-ну, сказочник. Ты следил за мной, установил мою личность, а потом так удачно у тебя поинтересовались мной. Какие совпадения. Это ты вышел на него, когда узнал, что он что-то вынюхивает и сделал вид, будто появился случайно. Поэтому, Денис, выбивай из него более достоверные сведения, а будет молчать, пустим его на мясокостную муку.

— А что это за мука такая?

— Подкормка для скота. Очень полезная. Ты же хочешь быть полезным? — Иронично поинтересовался Роберт.

Задержанный ничего не ответил. Наверное, он рассчитывал на мягкость властей общины. Думал, что прошел школу мужества в своих суровых университетах и здесь ему удастся водить всех за нос, как последних лохов. Роберт оставил комнату для допросов, предоставив Денису право самостоятельно выбирать методы добычи информации.

В голове роился ворох проблем и надо было расставить их в порядке приоритета. Важнейшей задачей являлась необходимость прищучить диверсантов, провокаторов и поддавшихся им жителей общины. Разорвать коммуникацию и не позволить действовать согласованно. Наверняка и они теперь планировали акции, чтобы нейтрализовать его усилия, и слежка за его домом была одной из фаз.

— Я метнусь домой. — Доложил он дежурному. — Буду через час.

— Как скажете, шеф.

Обращение «шеф» перешло в его ведомство от Физрука, который в лицо так обращался к Роберту. Решили, пусть это станет фирменной фишкой.

Роберт вышел на улицу и пошел к дому другой дорогой, внимательно глядя по сторонам. Намеренно пошел по улице, где разломы еще не успели оборудовать мостками или сделать удобные обходы. Лез по едва натоптанным скользким дорожкам, боясь свалиться в грязную жижу.

Он был вознагражден. У соседнего полуразрушенного здания сидел подросток лет десяти и внимательно следил за входом в дом, где жили Мартенсы. Роберт спрятался и наблюдал за ним. В подъезд зашла соседка. Через четверть часа из дверей показалась Эмилия с двумя подружками. Подросток неожиданно двинулся за ними. Роберт пошел следом, взволнованный интересом к своей семье. Этого и следовало ожидать, на войне все средства хороши. Семью следовало спрятать под надежную охрану.

Эмилия исчезла в доме одной из подружек. Подросток постоял немного и вернулся к дому, Мартенсов и снова стал наблюдать. Роберт не знал, как поступить, взять его и вытрясти всю информацию или проследить и установить, кому он ее сливает. Выбрал второй вариант. Что взять с ребенка, который понятия не имеет, чем грозит ему работа на людей, мечтающих разорить город. Наверняка ребенок не доедал, а добрый дядя накормил его и обещал кормить еще лучше, за малую службу. Враги дали КОБЕ высокую оценку, решив нейтрализовать Роберта. Значит, он им хорошо попортил планы и готов был попортить еще, несмотря на нависшую угрозу. Враги не понимали, что таким образом вынуждали его действовать еще жестче и изворотливее.

Мальчишка упорно сидел, ответственно подходя к работе. Просидел до самого вечера, пока домой не вернулась Мария. Только после этого ребенок покинул свой пост. Роберт пошел за ним следом, выдерживая безопасную дистанцию. Привел он его к тому же северному рынку, который в это время уже закрылся. Мальчишка скользнул в подвал разрушенного дома. Роберт не решился идти за ним, предполагая, что там его встретят не очень тепло.

Вернулся на службу гораздо позже обещанного времени.

— Как задержанный, колется? — спросил он у Дениса.

— Нет. Упертый. — Денис потер отбитые костяшки. — Очень матерый тип, идейный. Такие просто не ломаются.

— Ничего, утро вечера мудренее. Многим нужна ночь для приведения мыслей в порядок. Я сегодня установил, что за моим домом установлена слежка. Все следы ведут на северный рынок. Там есть подвал один, завтра будем брать. Потребуются все, кто есть.

— А зачем они за вами следят? — Не понял Денис.

— Чтобы нейтрализовать нашу службу в час икс, посеять в городе хаос и панику и наслаждаться тем, как люди сами решают за них все проблемы. Проведи со всеми знакомыми беседу о том, что нас ждет и пусть готовятся. Главное, не вестись на провокаторов, которые начнут вопить на каждом углу будто мы слабы, а враг обещает нас хорошо кормить. Мы сильны, будем сопротивляться и победим.

— А вы сами так считаете или это аффирмация? — Спросил Денис.

— Так, Денис, что это за вопросы, словно тебя уже обработали. Конечно, я так считаю, и так будет. Никаких сомнений в том, что мы сильнее, у меня нет. У врага нашего особая психика, после легких побед он почувствовал кураж, азарт успеха, поверил в себя слишком сильно, но от этого заблуждения есть лекарство, мы будет его наказывать спокойно, по всем фронтам, пока он не ощутит себя тем, кем является.

— А кем он является?

— Ничтожеством. — Роберт протянул руку. — Давай, до завтра.

— До завтра, шеф.

Роберт вернулся домой. По дороге проверял за собой слежку, но ее не было. Мария уже приготовила ужин. Семья ждала его по заведенной традиции ужинать всем составом.

— Ты поздно сегодня. — Заметила супруга.

— Мы уже собирались начинать без тебя. — Данил прыгнул за стол. — Я голодный, как медведь.

— Скажи, собака. — Попросила Эмилия брата.

Некоторые звуки Данилу еще давались тяжело. Вместо того, чтобы упирать язык в зубы, он на манер англичан совал его промеж и шепелявил.

— Отвали. — Данил замахнулся на сестру ложкой.

Роберт сел на свое место и серьезно произнес:

— Семья, у меня для вас важное сообщение. — Интригующее начало напугало супругу. — За нашим домом следят. Это делается с целью нейтрализовать меня через вас в момент, когда начнется реальное противостояние. Завтра я найду нам новое жилье. Мы временно переедем туда и будем находиться под охраной. Останемся жить там, пока я не найду всех, кто причастен к расшатыванию ситуации в городе.

— Они могут убить нас? — Лицо Марии выражало крайнюю обеспокоенность.

— Могут. — Роберт не стал успокаивать напрасно. — Они вынуждают меня действовать против них быстро и жестко. Твое оружие при себе? — Спросил он у сына.

— Конечно. — Данил постучал по карману.

— Хорошо. Сегодня будем с тобой дежурить на всякий случай.

Ночь прошла спокойно.