сказать про особую заслугу перед нашим факультетом, да и университетом в целом, которую получила самая лучшая наша студентка и многократная победительница региональных научных турниров и конференций…

Лавра с замиранием сердца приготовилась подняться со сломанного кресла и присоединиться к довольным ребятам.

— … Аида Гаагова! — с пафосом закончил Вячеслав Тихонович и принялся аплодировать вместе со всеми.

Девушка с восточной внешностью медленно поднялась со своего места в первом ряду и закивала поздравляющим её сокурсникам.

Лавра почувствовала, как кресло под ней проваливается. Она придержала рукой треснутую спинку и еле сохранила равновесие. Вокруг раздавались аплодисменты и выкрики. Она видела, как Роман, Марина и Аида выстроились на краю сцены, наслаждаясь торжественным моментом. Лавра же густо покраснела, чувствуя, как жар расходится по всему телу. Всё-таки гадко осознавать, что тебя никак не отметили и вообще лишили законной награды.

— Гербер, — обернулась к ней с ближайшего ряда девушка с забавными косичками, торчащими в стороны, — почему тебя не вызывают?

Лавра ничего не ответила, сняв очки, у которых запотели линзы. Она уже заметила, как веселится та сладкая парочка Наталья-Сергей, бросавшая в её сторону косые взгляды. Но тут кресло вновь поехало назад, и на этот раз Гербер не удалось вовремя среагировать. Она выронила сумочку и следом сама звучно упала на пол. Те, кто заметили её конфуз, стали смеяться и показывать пальцем.

— Тише, тише, — успокаивал декан встревоженную толпу. — Это ещё не всё. Я хотел сказать также об одном распоряжении, которое вчера приняла администрация факультета. У многих студентов полно долгов: и академических, и по оплате. Мы неоднократно предупреждали вас о последствиях, и, к великому сожалению, многие будут отчислены сразу же по окончанию летней сессии. Видит Бог, как я пытался заступиться за вас, но, увы, всё не так просто. По крайней мере у вас ещё есть время, пусть даже небольшое, чтобы привести свои дела в порядок. Иначе…

В этот момент в зал вошли мужчины в тёмных костюмах. Они обвели студентов недоверчивым взглядом и лишь после этого позволили пройти какой-то очкастой светловолосой девушке со строгим выражением лица. Вслед за ней перед присутствующими появился и сам ректор университета — Михаил Леонидович Рашвер. Он выглядел очень серьёзно: большие очки в золотой оправе, элегантная белая бородка, голубой костюм, синий галстук. Совсем как крупный мафиози из итальянских фильмов.

Светловолосая девица в чёрном костюме, что пришла вместе с ректором, наклонилась к нему и что-то прошептала. Лавре она показалась незнакомой. Может, это его новая секретарша? Но Рашвер никогда раньше не брал секретаря с собой на встречу со студентами. Он отмахнулся от девушки и направился к сцене. Все в зале резко поднялись со своих мест, приветствуя руководителя университета. Михаил Леонидович без спешки поднялся к премированным ребятам, но как-то без радости посмотрел на них и жестом потребовал от декана освободить трибуну. Пришло время заслушать его речь.

— Думаю, не будет лишним поздравить ещё раз всех тех, кто отличился своими глубокими познаниями в исторических науках, — начал он. — Я помню, как лет десять-двенадцать назад наш вуз уже принимал участие в подобных акциях, и многие светлые умы уезжали отдыхать на летние и зимние каникулы в санаторий или отправлялись на экскурсии. Это даёт не только возможность расслабиться и отвлечься от повседневных забот, но и получить какие-то новые знания. Биологи, к примеру, ездили в заповедные районы страны, в национальные парки и заказники. Юристов мы традиционно по обмену отправляли за границу изучать работу судов. Геологов и химиков — в крупные промышленные организации и исследовательские центры. Ну а что может быть лучше для студентов исторического факультета, чем посещение памятных мест нашей большой области? Я считаю, что ничего. Тем более, как вам объяснил Вячеслав Тихонович, — он кивнул в сторону декана, — этих ребят ожидает пятнадцатидневное пребывание в Речных Воротах. Что ещё я могу сказать?..

Ректор задумался, достав из кармана своего пиджака какие-то бумаги. Вдруг сзади к нему приблизился человек в жёлтом драповом костюме. Откуда он взялся и как долго там находился, Лавра не знала. Она всё ещё сидела на полу в окружении обломков кресла. Ребята утратили к ней интерес, всецело увлёкшись речью Рашвера. Поначалу Гербер испугалась, что этот странный незнакомец в жёлтом какой-нибудь сумасшедший и хочет напасть на Михаила Леонидовича. Но он лишь что-то прошептал ему на ухо и почему-то уставился прямиком на неё. Отличница почувствовала себя нехорошо от такого взгляда и быстро поднялась. Ещё не хватало, чтобы ректор увидел, как она сломала кресло.

— Не понимаю, как такое могло получиться, — недоумённо продолжил Михаил Леонидович после заминки. — Вероятно, это ошибка вашего деканата. Почему я не вижу в списках наград ещё пару ребят?!

Вячеслав Тихонович нахмурил брови и приблизился к трибуне. Он обменялся с ректором парой фраз и с подозрением посмотрел в дальний угол зала.

— Да, — смущённо произнёс декан, вновь изучая короткий список, — действительно, странно. И как мы могли забыть этих людей…

— Ничего страшного, — небрежно оттолкнул его Рашвер. — Я сделаю это за вас. Итак, Евгений Фанелин и Лавра Гербер, пройдите ко мне.

Зал вновь зашумел, только уже не так бодро, как пару мгновений назад. Лавра увидела, как светловолосый парень в синей жилетке остановился у проходной, дожидаясь её. Она повесила сумочку на плечо, подобрала книгу по социологии и медленно зашагала к сцене. И хотя её имя всё-таки было названо, на душе стало как-то неприятно. В самом деле, как мог декан забыть про ту, которую он самолично множество раз поздравлял всякими грамотами?! В этом точно был какой-то подвох. Он назвал лучшей студенткой Гаагову, а не Лавру, хотя в действительности Аида лишь пару раз занимала призовые места на областных олимпиадах, но не более.

— Теперь я могу вручить вам эти билеты и путёвки, — проговорил ректор и протянул яркие бумажки стоящему рядом Роману Кривовцову.

Парень пожал ему руку и признательно кивнул. То же самое проделали Аида Гаагова и Марина Холодова. Затем очередь дошла до Лавры, но спешить с вручением путёвок Рашвер не стал.

— Гербер, — сказал ректор, оглянувшись на своего помощника в жёлтом костюме, который продолжал странно посматривать на неё, — очень рад, что тебе представилась такая прекрасная возможность реализовать себя. Надеюсь, Речные Ворота запомнятся тебе на всю оставшуюся жизнь.

— Я рассчитываю на это, спасибо… — тихо ответила она, хотя и не поняла, что имел в виду Рашвер под словами «возможность реализовать себя». Они ведь едут не на стажировку, а на экскурсию. Как там можно себя реализовать? Непонятно.

На улице стало немного полегче благодаря свежему