коммунистических и революционных организаций Дальнего Востока (А. И. Кортунова. Политика компартии Китая в рабочем вопросе накануне революции 1925–1927 годов. М., 1983. С. 155). В настоящей работе используется название, фигурирующее в обстоятельной статье Г. 3. Соркина, специально исследовавшего историю созыва и проведения указанного форума (Г. 3. Соркин. Съезд народов Дальнего Востока. — Проблемы востоковедения. 1960. № 5. С. 76–86). Съездом народов Дальнего Востока именовали этот форум в анкетах ИККИ и активно участвовавшие в нем Войтинский и С. А. Далин (см.: РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 65а. Д. 385. Л. без №; Д. 2474. Л. без №).

146

Некоторые авторы считают, что этот съезд открылся в январе 1922 г. в Иркутске и лишь затем был перенесен в Москву (см.: Линь Луннуань. Чжан Тайлэй. С. 75). О том, что съезд был открыт в Иркутске, писали Иосио Сига (Коммунист. 1959. № 17. С. 86) и Г. С. Кара-Мурза (Г. С. Кара-Мурза. Китай в 1918–1924 гг. — Историк-марксист. 1939. № 5–6. С. 155). Последний при этом указывал датой его открытия ноябрь 1922 г. Вместе с тем бывший уполномоченный НКИД по Сибири и Монголии Б. 3. Шумяцкий, отвечавший за подготовку съезда, впоследствии в одной из своих статей вспоминал, что в Иркутске проходила лишь подготовительная работа по созыву съезда, которая к 25 декабря уже завершилась. См.: Б. Шумяцкий. Из истории комсомола и компартии Китая. (Памяти одного из организаторов комсомола и компартии Китая тов. Чжан Тайлэя). — Революционный Восток. 1928. № 4–5. С. 222–227.

147

По одним данным, она насчитывала 44 человека — 39 с решающим и 5 с совещательным голосами, по другим — 54 человека. (См.: Г. 3. Соркин. Съезд народов Дальнего Востока. С. 79; Г. С. Кара-Мурза. Китай в 1918–1924 гг. С. 155; Б. Шумяцкий. Из истории комсомола и компартии Китая. С. 224, Линь Хуннуань. Чжан Тайлэй. С. 75; А. И. Кортунова. Политика компартии Китая в рабочем вопросе накануне революции 1925–1927 годов. С. 156).

148

Юаньдун гэго гунчаньдан цзи миньцзу гэмин туаньти диицы дахуэй сюаньянь (Манифест I съезда коммунистических партий и национально-революционных организаций стран Дальнего Востока). — Сяньцюй. 1922. № 10. С. 4.

149

По вопросу об участии Хэ Шухэна в работе I съезда КПК существуют различные мнения. В частности, Шевелев предполагает, что Хэ Шухэн на съезде отсутствовал (см. его главу в кн.: Новейшая история Китая. 1917–1927. М., 1983. С. 85–86). В то же время китайские историки считают его одним из активных делегатов съезда (см., например: Ван Синган, Фан Дамин. Хэ Шухэн. — Чжунгундан ши жэньучжуань. Т. 4. С. 17).

150

См.: С. Калачев. Краткий очерк истории Китайской коммунистической партии. С. 42; Новейшая история Китая. С. 106; Г. 3. Соркин. Съезд народов Дальнего Востока. С. 78–80; Чжунго гэмин ши цзянъи. С. 82.

151

См.: Сяо Цзингуан. Фу Су сюэси цяньхоу (До и после учебы в Стране Советов). — Гэмин ши цзыляо (Материалы по истории революции). Пекин, 1981. № 3. С. 12; Чжунго сяньдай ши. 1983. № 10. С. 39.

152

В историографии довольно широко распространена версия, согласно которой Чжан Тайлэй с самого начала работы съезда народов Дальнего Востока принимал в нем активнейшее участие. Линь Хуннуань даже рассказывает, что Чжан Тайлэй, прибыв из Иркутска (где якобы присутствовал на открытии съезда) в Москву, был принят Лениным, который интересовался его точкой зрения по поводу того, следует ли продолжать съезд с участием национал-революционе-ров и беспартийных или превратить его в форум компартий всех стран Дальнего Востока (см.: Линь Хуннуань. Чжан Тайлэй. С. 75). Данная версия нереальна по той причине, что Чжан Тайлэй еще в начале января 1922 г. находился вместе с Марингом в Гуанчжоу, где участвовал в трех встречах представителя Коминтерна с гуандунским милитаристом Чэнь Цзюнмином, поддерживавшим в то время Сунь Ятсена. Тогда же он вместе с Марингом присутствовал на собрании молодежи г. Гуанчжоу и района Хайлуфэн (см.: Чжан Тайлэй вэньцзи. С. 330–331). Только после этого Чжан Тайлэй выехал (через Шанхай, где успел обсудить с членами Центрального бюро КПК вопрос о созыве I съезда ССМК) в Советскую Россию. Дорога от Гуанчжоу до Москвы по тем временам длилась никак не меньше трех недель, то есть Чжан Тайлэй мог присутствовать только на заключительных заседаниях съезда народов Дальнего Востока. По-видимому, не случайно Картуновой, работавшей с архивами съезда, не удалось обнаружить в них данные о Чжан Тайлэе как делегате.

153

Это заявление — из доклада Зиновьева конгрессу. См.: РГАСПИ. Ф. 5. Оп. 3. Д. 31. Л. 56.

154

См.: В. И. Ленин. Полн. собр. соч. Т. 44. С. 702; Chang Kuo-t’ao. The Rise of the Chinese Communist Party. Vol. 1. P. 207–209.

155

См.: Юаньдун гэго гунчаньдан цзи миньцзу гэмин туаньти диицы дахуэй сюаньянь.

156

См.: Chang Kuo-t’ao. The Rise of the Chinese Communist Party. Vol. 1. P. 220.

157

Чжунго сяньдай ши. 1983. № 10. С. 40.

158

См.: Chang Kuo-t’ao. The Rise of the Chinese Communist Party. Vol. l.P. 218.

159

Чжунго гунчаньдан дуйюй шицзюдэ чжучжан (Заявление Компартии Китая о текущем моменте). — Сяньцюй. 1922. № 9. С. 2.

160

Подробнее см.: Новейшая история Китая. 1917–1927. С. 108–109.

161

Чжунго гунчаньдан дуйюй шицзюдэ чжучжан. С. 2, 3.

162

См.: там же. С. 2.

163

Цит. по: В. И. Глунин. Коминтерн и становление коммунистического движения в Китае. С. 252; Цзян Хуасюань. Дандэ миньчжу ганлиндэ тичу хэ гогун хэцзо цэлюэдэ цзигэ вэньти. С. 116.

164

См.: Чжунго гунчаньдан цзигуань фачжань цанькао цзыляо (Справочные материалы по истории развития организаций КПК). Вып. 1. Пекин, 1983. С. 149.

165

Там же. С. 38.

166

Название данной резолюции, опубликованной в 1924 г. в английском переводе в качестве приложения к магистерской диссертации Чэнь Гунбо, указывается неверно — «Решение о едином национальном фронте» (см. The Communist Movement in China. P. 119). На самом деле резолюция называется «Об „объединенном демократическом фронте“» («Гуаньюй „миньчжудэляньхэ чжаньсянь“ дэ ицзюэань») (см.: Чжунгун «саньда» цзыляо. С. 5–7).

167

См.: Чжунго гунчаньдан унянь