что в России обозначает фраза «Я тоже немного рисую»! — засмеялся Лео, вспоминая один из наших разговоров в сети. — Я просто боялась рассказывать тебе о себе… сильно много. Я вообще достаточно сложно раскрываюсь людям. — Не знаю, не знаю. По-моему, у нас с тобой сближение произошло достаточно динамично. Я не почувствовал внутренних барьеров и какой-то нарочитой закрытости с твоей стороны. — Это все твой британский акцент, — улыбнулась я. — Каждый раз теряю от него голову и забываю, что хотела вести себя совсем иначе. — Только не вздумай сказать, что ты жалеешь о том, что было утром, — Лео говорил полушутя, полусерьезно. — Я скажу это только один раз, и не смей задирать нос. У меня не такой богатый опыт, чтобы выводить объективную статистику, но ты… лучший из мужчин… Договорить мне не удалось, Лео оборвал мое признание очередным поцелуем. — Ты будешь сильно ругаться, если я признаюсь, что изучать тебя мне гораздо интереснее, чем изучать этот город? — прошептал Лео мне на ухо. — Вернемся в гостиницу? Я почувствовала, как кровь прилила к щекам. Впервые в жизни я осознала, что могу быть настолько желанной. Это было невероятно приятное ощущение. — Если бы не раздельные номера, нас могли бы принять за молодоженов на медовом месяце, — смущенно ответила я, поднимаясь с каменной плиты. — А я говорил, что затея с одноместными номерами была не самой удачной твоей идеей, — посетовал Лео, когда мы, взявшись за руки, стали подниматься по каменным ступенькам к выходу и греческого театра. — Если честно, я до последней минуты не была уверена, что решусь на близость с тобой. Но вчера, когда мы просто усыпали рядом, и ты… лишь нежно обнимал меня… Я вдруг почувствовала, насколько ты стал для меня родным и близким. — Я хотел дать тебе время привыкнуть ко мне. Общение по сети — это одно, а оказаться лицом к лицу с малознакомым мужчиной все же несколько иное. Я понял, что ты — девушка серьезная, поэтому просто дал тебе время успокоиться и расслабиться. — А ты коварный, — засмеялась я, понимая, что план Лео сработал как нельзя лучше. — Нисколько, — отрицательно замотал головой Лео. — Просто я немного понимаю женщин. Я вырос с тремя старшими сестрами и теперь смею надеяться, что чуточку приоткрыл завесу над тайной, чего же хотят женщины. — Три сестры?! — я по-настоящему удивилась. — Ты такой счастливый. Большая семья — это здорово. — Да, я привык жить в шумном доме, поэтому и сам однажды мечтал завести минимум трёх малышей. — Это прекрасная мечта. — Жаль, но пока это всего лишь мечта, — грустно констатировал Лео, и я отчетливо услышала тоску в его голосе. Часть пути до отеля мы шли молча, просто любуясь улочками. Я больше не фотографировала, не хотела выпускать руку Лео из своей. Мне нравилось чувствовать себя с ним одним целым. Мы вернулись в гостиницу как раз к обеду и перекусили, не поднимаясь в номер. Есть не особенно хотелось. Жара все же сильно выматывала. В номере на это раз все окна были закрыты, потому что работал кондиционер. Это позволило ощутить приятную прохладу знойным августовским днем на солнечной сицилийской земле. Не сговариваясь, мы с Лео сразу пошли ко мне. Никто не произнес лишних слов, мы оба знали, чего безумно хотели. Лео помог мне развязать платок, а затем распустил банты, завязанные из бретелек сарафана, освобождая меня от ненужной одежды. — Не уверен, что смогу добровольно отказаться от всего этого по прошествии десяти дней, — прошептал Лео, покрывая поцелуями мои обнаженные плечи и шею. Я не стала ничего отвечать. Как любила говорить знаменитая Скарлетт «Я подумаю об этом завтра!». Сейчас было слишком хорошо, чтобы портить этот момент страхами о туманном будущем.

10

В тот день на море мы так и не сходили. Вообще из номера мы вышли лишь часов в восемь вечера ради ужина, а потом снова вернулись в мою комнату. — Пользуясь моментом, пока мы оба одеты, — заговорщески прошептал Лео. — Разреши мне сходить в номер и, наконец, вручить тебе небольшой сувенир из Лондона. — И точно, — засмеялась я. — Лучше обменяться подарками сейчас, а то такими темпами мы можем и домой с ними вернуться. Пока Лео ходил в свой номер, я достала заготовленный для него сувенир. Это была музыкальная шкатулка, расписанная в технике лаковой миниатюры мастерами из легендарной Мстеры. Сюжет росписи был посвящен сказке о царе Салтане. — Теперь, когда я знаю, что ты профессиональный иллюстратор, я более чем уверен, что однажды они тебе понадобятся, — сказал вернувшийся Лео, вручая мне подарочный набор профессиональных цветных карандашей одного из ведущих брэндов Великобритании. — Бооооже! Но как? Как ты узнал?! Я не могла поверить своим глазам. Знаете, бывают небольшие мечты, исполнение которых вы часто откладываете на потом. Так было и у меня с этим набором карандашей. Я давно поглядывала на него в Интернет-магазинах, но цена была достаточно ощутимой, а по работе они мне не требовались, поэтому я убеждала себя, что будет расточительством спустить столько денег, чтобы потом лишь изредка доставать шикарную коробку и любоваться богатейшей палитрой карандашей. — Тебе нравится? — Ты шутишь? Да, я в восторге! Словно маленькая девочка с новой куклой, я села на кровать в обнимку с коробкой карандашей. — Я рад, что тебе понравилось. Вот еще немного тонированной бумаги. Это на случай, если ты решишь обновить их на Сицилии, — Лео протянул мне небольшой планшет с плотными листами разных оттенков. — А ведь я взяла с собой в дорогу немного материалов для графики, — улыбнулась я. — Мечтала порисовать итальянские улочки. — Покажешь мне мастер-класс. Я сто лет не работал на натуре. — Это не известно еще, кто кому мастер-класс показывать будет… — я достала с тумбочки возле кровати сверток со шкатулкой и протянула Лео. — А это тебе. В коллекцию стереотипов о России. Лео непонимающе посмотрел на меня. — Это музыкальная шкатулка. Она играет мелодию песни «Калинка», которую почему-то очень любят иностранцы. Лео развернул упаковку и очень внимательно стал рассматривать роспись на крышке и боках. — Ручная работа, роспись темперными красками и сусальным золотом. На шкатулке изображен сюжет одной из знаменитейших русских сказок. В ней говорится о том, как царь выбирал себе жену из трех девиц и выбрал ту, что пообещала ему родить богатыря, — смущенно добавила я. — А что пообещали две остальные? — поинтересовался Лео. — Одна приготовить пир на весь мир, а другая наткать полотна, опять же чтобы на всех хватило, — засмеялась я. — Мудрый царь. Богатырь, конечно же, ценнее, — Лео отложил шкатулку и присел