есть. Между прочим, очень красивая, молодая совсем, лет восемнадцати, студентка поди, и очень-очень небедная. Ты бы видела, Олечка, с каким важным видом наш Алексей Сергеевич в её Лексус садится.

- В Лексус? - потерянно переспрашивает Ветренко.

- Так, а в чём новость-то плохая? - возвращаю начальницу от уничтожения враз поникшей сотрудницы к по настоящему интересной теме.

Ну, хочет она поиграть в несведущую особу, якобы не знающую, что Настя моя сестра, то пусть играется, только сначала договорит, что за подводные камни меня ждут на новой работе.

- Плохая новость в том, что одних только технико-экономических обоснований, презентаций всего прочего, что отражается в бумагах, мне недостаточно, чтобы принимать решения о выделении кредитов или вложениях в проекты. Нужно всё увидеть своими глазами, поговорить с людьми на местах. Чтобы не получилось, что нас за нос водят. Догадайся, кто станет моими ушами и глазами, кто будет летать по стране и смотреть, во что мы собираемся вкладываться.

- Наверное я? - предполагаю.

- В самую точку! - радуется моей догадливости Анна Николаевна. - Так что, скажи своей девушке, чтобы привыкала к твоим частым командировкам или пусть ищет другого.

- Не надо ей другого, - мотнул головой. У Насти и так кроме меня ещё два брата есть, зачем ей ещё кто-то? Правда, их-то она очень не любит. Есть причины. - Я лучший. А командировок не боюсь.

- Вот и молодец, - хвалит начальница. - Ладно, ближе к делу. Что с документами?

- Это вам подписать нужно, - кладу перед ней договора. - Я вторые экземпляры сейчас разнесу. Здесь логин и пароль. - передаю запечатанный конверт. - А за пропусками нужно будет явиться в понедельник к началу рабочего дня. Вам самой не обязательно, я получу за вас. Только напишите на меня доверенность от руки. Образец вашей подписи в службе безопасности есть.

Олечка сидит надутая как мышь на крупу. Без эмпатии вижу, раздавила её информация о Лексусе моей девушки. В лепёшку. Сильнее, чем слова об её красоте и молодости.

Я же вроде бы и мысли читать могу, а женщин, наверное, так и не научусь понимать. Вот для чего Каспарова решила делать вид, что не знает, кто такая Настя? Ладно, разберусь. Посмотрим, каково это играть с тем, кто видит все твои карты.

- Возьми, - Анна Николаевна вернула мне документы также в файле, оставив себе только свои подписанные экземпляры договоров. - Ну а так, понравилось там? Как вообще обстановка? - улыбнулась, откинувшись в кресле и закинув нога на ногу, чуть при этом крутнувшись, чтобы коленки не упёрлись в стол.

- Там так здорово, так здорово! - пришла в себя после драмы крушения личных надежд Ветренко. - Только вот немножко страшновато, если честно. Справимся ли? Там такие работники серьёзные все.

- Платов точно справится. - бросила она очередной оценивающий взгляд на меня. - Там работа как раз и по его диплому, и по части тех дел, что он здесь учитывал. Что же касается тебя ..., - госпожа Каспарова откинула голову и посмотрела в потолок. - Специалисты, разбирающиеся в делах, в моём департаменте имеются в большом количестве. Недостающим штатом будем заниматься со следующей недели, вакансии уже вывесили на сайте, думаю, подберём нужных людей. А вот кого у меня пока там нет, так это людей, которых я бы знала лично и на кого могу положиться. Вот вы мне и поможете таких найти. Не хочу, чтобы подставили. И вы оба, надеюсь, поняли, что мой успех и ваш успех. Провалюсь я, вылетите и вы. Причём не просто из банка, а вообще из холдинга.

Намекает на то, что мы по сути её рабы? Что ж, по своему она права. Только ведь эта связка взаимная. Не только мы зависим от неё, но и она в какой-то степени от нас, от нашей честности и порядочности по отношению к ней. Во всяком случае, на первых порах. Аннушка может даже не до конца понимает, насколько она права насчёт возможной подставы. Про Сергея Ивановича Грушко наверняка в курсе, а вот то, что и сам управляющий директор, ставленник её отца, тоже не желает видеть дочку своего патрона рядом дышащей ему в затылок, это ей ещё предстоит понять. Ничего, с моей помощью со всем разберётся.

- Мы вас не подведём, - обещаю и за себя, и за Олечку.

- Не подведут они, - вдруг буркнула словно старушка красавица-начальница. - Ладно, идите. Только не думайте, что оставшиеся до конца недели дни у вас здесь для безделья. Продолжайте помогать тем, кому передали дела. Тебя, Платов, это в первую очередь касается, - ну, конечно, не Ветренко же, она и раньше ни фига не делала полезного. - Увижу, что балду гоняете, учту в премии. Вы мои подходы знаете.

- Больше года с вами работаем, - улыбнулась Олечка. - Хорошо знаем, вы строгая, но справедливая.

Подхалимка, как ещё назвать? Но профессионал в этом деле, а мастерство я всегда уважал в обоих своих прежних жизнях. Только вот опять этот странный взгляд начальницы. А пёс с ней, с головной болью. Слушаю.

" ...и правда закрутить с ним роман? - размышляет Каспарова. Блин, я этого и опасался, - Не по настоящему, - ну, хоть так, и то хорошо. - А, хотя, почему бы и не всерьёз? - ох, что ж ты ерунду-то выдумываешь, Анна Николаевна?! - Нет, не стоит. Парень реально неплохой, такой бы мне подошёл, но, но, но, но папа, но мама, а дедушка? - вот именно, не нужно делать глупости. - Не нужно делать глупости. - ничего себе, это получается, я могу и мысли свои транслировать? Да ну, чушь, просто совпало. - Жаль, а так бы славно было этого дебила Антошку позлить. Представляю, что сказала бы Алка ..."

- Ты чего кривишься, Алексей? - постучала длинным ногтем по столу начальница, как раз в тот момент, когда я уже не смог выносить усиливающиеся с каждым мгновеньем спазмы в голове. - Я сказала, работать! Да, а портфель у тебя классный. И айфон выше всяких похвал. Что? Опять конфеты? Хочешь, чтобы я толстой стала?

- Вам это не грозит. Возьмите, пожалуйста. От чистого же сердца угощаю.

У меня этих конфет вагон и маленькая тележка. Надо делиться. тем более, для пользы тела, то есть, дела. Взяла. Она так-то простая девчонка, госпожа Каспарова. Только