наиболее ранние письменные документы в виде иероглифических надписей, отражающие хозяйственную деятельность в государствах древних царств, относятся к эпохе меди и бронзы, т. е. к 5—4-му тыс. до н. э.

К сожалению, документы второй группы стали появляться только в XVII–XVIII вв., что затрудняет процесс исследования идей управления предыдущих эпох, в частности управление в тех же древних царствах, где осуществлялась довольно бурная хозяйственная деятельность. По крайней мере, до сих пор не найдены источники – как специальные труды ученых прошлого, изданные до середины XIX в., которые были бы целиком посвящены осознанию и осмыслению управления как особой сфере деятельности. Наиболее значительный труд – это 7-томное произведение Лоренца фон Штейна «Учение об управлении», изданное в 60-е годы XIX в.

Однако это вовсе не означает, что деятели политики, науки, экономики и культуры разных времен и народов не обобщали и не систематизировали управленческий опыт или не обращались к известным концепциям управления обществом, государством, организацией, производством. Напротив, обширный материал по управленческим вопросам содержится в книгах и рукописях по философии, социологии, военному делу, политике, праву, политэкономии и другим наукам, в художественной литературе, мемуарах и прочих источниках.

К сожалению, источниковедческая проблема – наименее разработанная из методологических проблем историко-научных исследований, а тем более ИУМ. Поэтому здесь мы выскажем только наше представление об источниковедческих проблемах и путях их решений. Для ИУМ очень важны традиционные вопросы И НИ: как классифицировать множество источников ИУМ? Есть ли специфика в изучении различных видов источников? Сопоставимы ли источники – представители разных видов и что служит мерой их сравнения? Как организовать рациональный поиск источников? Что значит «получать новое знание» из источника?

В поисках управленческих идей приходится работать со множеством видов источников, каждый из которых в свою очередь состоит из нескольких подвидов. Это – периодическая литература (научные, научно-популярные журналы, газеты), монографии; сборники научных статей; материалы съездов, симпозиумов, конференций и т. п.; законодательные акты; положения и уставы; труды научных обществ, государственных отраслевых комиссий; журналы министерств (в том числе ученых комитетов министерств и ведомств); протоколы и материалы заводоуправлений; архивные материалы и документы; письма, мемуары и дневники; программы политических кружков и обществ; социально-экономическая статистика; художественная литература; учебные программы планы, программы, курсы и т. п.

Существует много разных признаков для классификации источников. Но один признак – специфика исследовательской работы с источником – следует выделить. Дело в том, что существует определенная специфика исследовательской, поисковой работы с различными видами источников, погружения в историческое прошлое источника, которая каждый раз требует своего рода «переключения» в исследовательском настроении, в организации самой исследовательской работы. Обычно «переключение» осуществляется из состояния современного независимого наблюдателя, рассуждающего извне анализируемой системы (а главное – в терминах и достижениях современной науки управления), в состояние «погружения», «растворения» в духе и времени анализируемой системы экономического общества, научного сообщества, всего окружения носителя управленческого знания с целью реконструкции прошлого во всем его многообразии и уникальности. На самом деле оба крайних положения исследователя являются вариантами перевода прошлого на два языка. В первом случае происходит переоценка достижений прошлого по мере развития современной науки, во втором – реконструкция прошлого на языке прошлого. Оба крайних подхода необходимы, но явно недостаточны для решения задач ИУМ – обнаружить знание об управлении в прошлом и оценить развитие этого знания. Поэтому и следует пребывать то в одном, то в другом исследовательском режиме, а выводы об оцениваемых концепции, учении, теории, мысли делать чаще всего двойственные.

Первый подход демонстрирует «преимущество» настоящего перед прошлым, он позволяет по крайней мере обратить внимание на достижения в прошлом. В конце концов, именно первый подход – достижения и проблемы современной науки управления – послужил толчком для обращения к ИУМ, точнее, обнаружил важность и необходимость формирования ИУМ как научного направления. В свою очередь, второй подход часто демонстрирует полную беспомощность настоящего в попытках объяснить прошлое только с позиций современности. Причина этого – конкретная историчность и уникальность прошлого. В целом мы отдаем предпочтение второму подходу и придерживаемся его в своих исследованиях, но не в чистом виде, естественно, а применяя современные знания и достижения современной методологии историко-научного исследования. Критерием истинности знания, реконструируемого при анализе прошлого, всегда должна служить практика управления того же и последующих периодов.

Что касается «взаимоотношений» предмета ИУМ с предметами других историко-научных исследований (прежде всего с предметами истории экономических учений, политических и правовых учений, социологии, психологии), то различие очевидно в определении предмета, а также методов и целей собственно науки управления, политэкономии, права, психологии, социологии, статистики и т. д. Однако, в связи с тем, что до начала XX в. не было предметно и институционально выделенной науки управления, поиски управленческих мыслей, концепций и даже учений пока осуществляются учеными (и нередко завершаются успешно) в трудах по смежным историко-общественным наукам. Поэтому одна из проблем, с которой сталкивается исследователь управленческой мысли, – найти отражение предметной области истории управленческой мысли во множестве источников историко-научных исследований, которые давно «арендованы» и даже монополизированы представителями других уже устоявшихся и специализированных наук. К ним относятся истории таких наук, как государственное благоустройство (благосостояние) и благочиние (безопасность), экономическая политика, практическая экономика (экономика различных отраслей), отраслевые правовые науки (полицейское, государственное, общественное, финансовое, административное право), административная наука, политология, государственное управление, политэкономия, социология, статистика, военная наука, кибернетика, системология, психология и др. По мере понимания сущности управления как особой профессиональной деятельности и все более четкого выделения предмета управления и ИУМ как наук стали понятными естественность и специфика этого гносеологического процесса. Это объясняется тем, что управление является онтологически самой эклектичной из всех видов профессиональной деятельности, а менеджеры в своей работе пользуются достижениями всех других наук, порождая свой новый и архисложный для исследования предмет науки управления.

Особо следует отметить взаимосвязь науки управления и процесса обучения управлению, а также науки управления и управленческого консультирования. Первая пара отношений стала отчетливо определяться с осознания того, что управление – это особая специфическая деятельность и профессия, которой можно и следует обучать. В разных странах к специальной подготовке управленцев (жрецов, писцов, демагогов, камералистов, администраторов, руководителей, менеджеров, предпринимателей) пришли в разные времена. Упоминания о первых целенаправленных курсах и программах подготовки жрецов – лиц для управления государственной казной (в XVIII в. их стали называть камералистами) имеются в трактатах религиозных и государственных деятелей и мыслителей древних цивилизаций Месопотамии и Шумера (5 тыс. до н. э.). В программах отражались актуальные потребности в определенном классе людей, а реализация этих учебных программ, в свою очередь, способствовала распространению управленческих идей, их адаптации и совершенствованию.

Теперь уже очевидно (по крайней мере, легко доказать), что эта взаимосвязь практически всегда служила обоюдному обогащению. За многие века появилось