дверь, я иду за Джейсом в спальню Рико, на время отбрасывая все свои мысли об Алине, чтобы вместо этого сосредоточиться на помощи брату.

Я не понимаю, в чем смысл всех этих эмоций, которые постоянно мелькают на лицах людей, символизируя их настроение. Да и к тому же я сам почти не испытываю эмоций. Но одно я знаю точно.

Мне не нравится видеть, как страдают мои братья.

Глава 5

Алина

Мои кузены сказали мне подождать, пока закончатся их занятия, чтобы мы вместе отправились пообедать. Но я уже тысячу раз пожалела, что решила подождать их на открытом воздухе.

Как это часто бывает, сегодня наш большой класс первокурсников был разделен на более мелкие группы, чтобы мы могли лучше адаптироваться к различным направлениям обучения. В итоге мое занятие закончилось на двадцать минут раньше, потому что один из моих одноклассников случайно прострелил ногу другому студенту. Хотя, учитывая взгляды, которыми они обменивались всю неделю, я не уверена, что это действительно была случайность.

Теплый ветер обдувает парковку, окутывая мое тело, как шелк. Я делаю глубокий вдох. Наш уединенный кампус находится рядом с лесом, и воздух здесь наполнен ароматом камня и сосен. Этот запах должен был бы успокаивать, но, стоя на улице в ожидании своих кузенов, меня охватывает совсем не спокойствие.

Вокруг меня возвышаются массивные здания Блэкуотерского университета. Солнечный свет сверкает в окнах. От беспокойства у меня мурашки бегут по коже. Я быстро окидываю взглядом окна, потому что не могу избавиться от ощущения, что некий псих с ножом стоит там и наблюдает за мной.

А я стою здесь в одиночестве. Это все равно что разрешить ему прийти сюда и начать мучить меня.

Я перевожу взгляд обратно на двери и качаю головой, принимая решение. Лучше подождать в кафетерии, чем оставаться здесь, как чертова легкая добыча.

Распахнув тяжелые двери, я покидаю залитую солнцем парковку и вхожу в серые бетонные залы Блэкуотерского университета. К счастью, они совершенно пусты, так как до конца занятий осталось еще пятнадцать минут. Но на всякий случай я быстрым шагом направляюсь в кафетерий.

Когда я захожу туда, то вижу только людей из моей группы. Они сидят за несколькими столиками: некоторые едят вместе, а другие, кажется, ждут своих друзей из других секций.

Я подхожу к стойке и беру поднос. Сегодня подают треску с картофелем, что мне не очень нравится. Но, независимо от того, что есть в меню, блюда всегда идеально приготовлены и приправлены. Для университета, где учатся наемные убийцы, я должна признать, что здесь подают удивительно вкусную еду.

Взяв в руки поднос с дымящейся едой, я направляюсь к столику, чтобы подождать своих кузенов и братьев. Остальные люди, разбросанные по огромному кафетерию, тихо переговариваются, их бормотание и гудение кондиционера — единственные звуки, нарушающие тишину.

Взяв в руки приборы, я чувствую резкую перемену в воздухе.

Закрыв глаза на мгновение, я надеюсь, что ошиблась.

Но это ничего не меняет, потому что, открыв глаза, я вижу своего личного мучителя, идущего по комнате. Должно быть, он увидел меня из окна, когда я стояла на улице, и решил уйти с урока пораньше. Я знала, что ждать на улице своих братьев было чертовски глупо.

Некоторые другие студенты, заметив, что Кейден направляется ко мне, прекращают свои разговоры, чтобы понаблюдать за происходящим. Я бросаю на них взгляд. Кажется, они больше заинтересованы в том, чтобы увидеть развитие событий, чем в том, чтобы помочь мне. Видимо, мне придется разбираться с этим в одиночку. Снова.

Как обычно, Кейден невозмутимо вертит нож в руке, направляясь ко мне. На его губах блуждает легкая ухмылка, а в темных глазах — блеск, который за последние пару дней я все чаще замечаю. От этого зрелища по моему телу пробегает дрожь, и я вдруг понимаю, что мне больше нравится, когда его глаза совершенно безэмоциональны, а не полны злобного предвкушения, как сейчас.

Отложив приборы, я раздумываю, остаться ли мне или просто сбежать. Но, учитывая разницу в росте и телосложении, не думаю, что мне удастся далеко уйти. Так что в итоге я просто сижу и смотрю, как Кейден сокращает расстояние между нами.

Он останавливается по другую сторону стола.

Какое-то время ничего не происходит. Мы просто молча смотрим друг другу в глаза, в то время как остальные в кафетерии наблюдают за нами, затаив дыхание.

На лице Кейдена мелькает слабая улыбка, как будто он находит наше маленькое состязание в гляделки забавным. Может, я и не смогу убежать или сразиться с ним, но уж точно не заговорю первой. Он пришел ко мне, так что, если он чего-то хочет, ему придется сказать об этом прямо.

— Принеси мне обед, — приказывает он, и абсолютная властность в его голосе рассекает воздух, как лезвие.

От этого мое сердце учащенно бьется, а бедра сжимаются, но я лишь поднимаю брови и отвечаю:

— Прошу прощения?

Он перестает вертеть нож. Мой пульс учащается еще сильнее, и я почти чувствую, как внезапное напряжение в воздухе потрескивает, как разряды молнии. Но я держу подбородок высоко поднятым и выжидающе смотрю на него. Вокруг нас воцаряется гробовая тишина.

Кейден прищуривается, и в его голосе слышится угроза, когда он говорит:

— Не заставляй меня повторять.

— Или что? — Парирую я, прежде чем успеваю остановить себя.

Он наклоняется вперед. Я инстинктивно отшатываюсь назад, и понимаю, что это было ошибкой, потому что в его глазах появляется довольный блеск.

Опираясь ладонями на стол, он наклоняется так, что его смертельно красивое лицо оказывается напротив моего. На его губах играет эта улыбка психопата, когда он склоняет голову вбок.

— Ты уверена, что хочешь выяснить это, маленькая лань?

Мое сердце внезапно начинает бешено колотиться, и я делаю неглубокий вдох, пока в голове прокручиваются несколько ответов на этот вопрос. Большинство из них очень глупые.

Я опускаю взгляд на нож, все еще находящийся в руке Кейдена, теперь зажатый между его ладонью и металлической столешницей, и вспоминаю, как подскочил мой пульс, когда он приставил его к моему горлу на днях. Мои бедра снова сжимаются.

Черт, что я делаю? На этот вопрос есть только один ответ. Должен быть.

Я опускаю взгляд.

— Нет.

Хотя я больше не смотрю ему в лицо, я слышу ухмылку в его голосе, когда он отвечает:

— Тогда вперед.

Металл скрежещет по бетону, когда я отодвигаю стул и встаю. В неестественно тихой комнате это звучит шокирующе громко.

Я бросаю быстрый взгляд