Вот и свела нас судьба (на войну, да, на войну)… - Анатолий Н. Патман

Анатолий Патман

Вот и свела нас судьба (на войну, да, на войну)…

Пролог

— Беримор, не кажется ли тебе, что этот мальчик слишком разошёлся? А то в этой сказке об Индии он вылил на нас немало грязи. Не пора ли наставить его на путь истинный?

— Да, сэр, точно так. И в «Приключениях принца Флоризеля» тоже. И французы ими недовольны. Вот немцев он не трогает.

— Ну, это и так понятно. Он же сам немец и нисколько не князь Куракин. Грязный немецкий бастард! Вот Куракины и отказались его признать. Но, похоже, он в их признании и не нуждается. Шустрый малый! Даже сестру-крестьянку и то протащил в баронессы.

— Да, сэр. Не только протащил, но и десятую часть в Доме Моды «Wejmar» обеспечил. А ещё и имение где-то там в глуши ей купили. Как немцы развернутся, так её состояние постоянно будет расти. Теперь она, похоже, уже стала богаче самого юного князя. У него осталось только имение, и то, как говорят русские, худое. Ну, ещё что выделит тётя из своих доходов. И гонорары за книги и музыку. Но ими много не заработаешь. Да и сам князь раздаёт свою музыку направо и налево. Исполняй, кто хочешь.

— Слушал я, Беримор, его музыку. Да, талантливый мальчик. Не зря с самим Моцартом сравнивают. Только вот сильно смущает, что слишком у него музыка разная. И слова к песням все словно не ребёнок написал, а взрослые люди. И его сказки навевают те же мысли. Действительно, странный мальчик.

— Вот и французы, сэр, тоже самое говорят. Вы же просили разузнать у них насчёт новой одежды. Пока они, конечно, думают, но скоро созреют. Потом, им и помощь против немцев понадобится. В Берлине уже начался массовый выпуск и платьев, и костюмов, и нижнего белья. Немцы не русские, у них всё по порядку делается. И быстро. А русские пусть спят в своей берлоге. Конечно, у Дома Моды Юсуповых медвежонок симпатично выглядит, но они князья, то тоже не шевелятся. А вот немцы уже начали готовить против французов судебные иски. Похоже, что-то раскопали. Хотя, и так всё на виду.

— Получается, что всё же это французы украли бумаги мальчика? И что они говорят по этому поводу?

— Они, сэр. Не ожидали, что немцы так быстро подсуетятся.

— И как там насчёт авторства мальчика над этими музыкой, сказками и новой одеждой? Неужели всё сам выдумал?

— Похоже, сэр, что сам. Бумаги ясно говорят об этом. Музыка, без сомнения, его. Теперь ясно, что и сказки юный князь сам написал. Но, получается, и новую одежду придумал тоже он. Мне французы всё же показали его рисунки, правда, не так много. И больше художественные. Пейзажи там, портреты, зарисовки. Жаль будет, если они будут уничтожены. Очень высокий уровень, сэр.

— Думаешь, Беримор, французы решатся на это? Если так, как ты говоришь, то они же представляют немалую ценность.

— Это так, сэр. Настоящие произведения искусства. Французы сильно поражены. Говорят, что не ожидали. Думали, что всё создала тётя мальчика. А он, как писали в русских газетах, для прикрытия. Ошиблись, сэр. Если судить по журналу моды у Юсуповых, то даже рисунки по новой одежде, попавшие к французам, тоже должны представлять немалую ценность. Там показаны такие сказочные девы, а лица как у самой княгини и её дочерей. Очень они красивые получились. Или взять тётю князя. Тоже красивая женщина и весьма способная. Скоро сильно разбогатеет. Но французам как-то придётся скрыть следы. Могут и уничтожить все бумаги мальчика. Чтобы ничего потом не всплыло. Жаль будет.

— Если хотят уничтожить, то пусть нам продают. Никто ничего не узнает. Нам тоже интересно посмотреть, что там.

— Я бы и сам купил, сэр. Очень хорошее вложение средств будет. Со временем эти бумаги сильно подорожают.

— Вот и постарайся, Беримор, чтобы французы продали их нам, и подешевле. А уж мы все следы скроем так, как будто ничего и не было. И кивать на нас побоятся! Даже немцы!

Глава 01

Всё только начинается?

Полковник Иван Фёдорович Тутолмин, муж моей любимой тёти Арины, уехал в свою первую бригаду Кавказской казачьей дивизии ещё четырнадцатого апреля. Жаль, но у военных приказ превыше всего. Хоть и не сообщил куда, но мы предполагали, что под Одессу.

Хотя, беременной молодой женщине волноваться было вредно. Правда, сроки у неё ещё небольшие. Ведь они поженились только двадцать пятого ноября прошлого года. Ещё и пяти месяцев не прошло. Но всё равно вредно. Чтобы тёте Арине было спокойней, на следующий же день после отъезда Ивана Фёдоровича, к ней, на съёмную квартиру неподалёку от Сенного рынка, переехала моя сестра Александра. Так-то она Арине Васильевне, в девичестве Переверзевой, младшей сестре моей покойной матери Софьи, можно сказать, и не совсем родня. Но у нас с Александрой отец всё равно один — князь Павел Александрович Куракин. Вот её мать Васса Тихоновна Железнова, в девичестве Лебедева, являлась крестьянкой и пока вместе с другими детьми — сыновьями Архипом и Симоном четырнадцати и двенадцати лет, и дочкой Ульяной десяти лет, уже от покойного мужа Карпа, конечно, крестьянина, проживала в нашем имении Берёзовая горка, что находилось в Новоладожском уезде. Это, вообще-то, на реке Волхов, в верстах ста от Петербурга. Там же находились и недавно купленные имения и самой Александры, и тёти Арины. Теперь мы все трое являлись обыкновенными помещиками, ага, как мне постоянно вспоминалось, эксплуататорами трудового народа. Титул князя от отца, конечно, достался мне. А вот сестре, уже полтора месяца назад, я передал титул баронессы, доставшийся нам от покойной бабушки Агнессы, фрайфрау фон Либендорф. Её имение находилось в Веймаре, что даже в Германской империи. Теперь Александра как бы и немецкая аристократка!

Иван Фёдорович происходил из курской ветви Тутолминых. А ещё много было их в Тверской губернии, где в Старице, вроде, даже находились семейная усыпальница. Но это уже у другой ветви. Конечно, Тутолмины и Переверзевы знали друг друга, но, вроде, не особо общались. Вообще-то, и из-за имущественного неравенства. По сравнению со многими дворянскими родами, уж слишком обнищали наши курские родственники. Может, теперь, после породнения семей, связи между двумя родами и наладятся? С другой стороны, на слишком близкие отношения надеяться не стоит. Всё-таки мы с остальными Тутолминами вообще не знакомы. И на свадьбе